— Ты мне уже много помогла, бедная моя Мираб,— сказал он,— хотя, может быть, я сделал большую часть дела. Давай посмотрим, сможешь ли ты мне и в этом помочь.
Женщина вытерла свои слезы и подошла, чтобы посмотреть на его руку. Она тихо застонала, когда увидела, как тяжела рана, но тем не менее стала умело ее перевязывать. Она сказала, что было бы лучше промыть рану вином и наложить на нее паутину, но поскольку ничего этого нет, она обойдется водой, травой и жеваным хлебом. После этого она крепко перевязала руку повязкой, приготовленной из одежды.
— Самые бесполезные вещи можно использовать,— сказал Орм,— а сейчас мы с тобой оба левши.
По его тону было заметно, что злость его на Токе улеглась.
Затем они отплыли от берега с семью гребцами и Токе на руле, и вывести корабль из залива оказалось самой трудной работой, какую только знал Орм со времени своего рабства на галерах. Он держал наготове копье, чтобы убить первого же взбунтовавшегося пленника, и когда один из них был откинут волной и упал на спину, он мгновенно вскочил на место и в ту же секунду снова стал грести. Женщина сидела, съежившись, у ног Токе, глаза у нее были круглые от страха. Токе поддерживал ее своей ногой и попросил ее взять ведерко и вычерпывать воду, но хотя она и старалась, работа ее была бесполезной, и корабль наполовину залило водой, пока наконец они не обог- I нули мыс и не смогли поставить парус.
Остаток ночи они были отданы на милость шторма. Орм сам стал за руль, но все что он мог сделать, это держать судно в направлении на северо-восток и надеяться, что оно не будет выброшено на берег до рассвета. Никто из них не думал, что можно пережить такую бурю, которая была посильнее, чем та, с которой они столкнулись во время своего путешествия в Ирландию.
Потом Рапп сказал:
— У нас на борту пятеро пленников, безоружных я в нашей власти. Сомнительно, чтобы они пригодились нам в качестве гребцов, но они могут помочь нам успокоить море, если мы принесем их в жертву морским силам.
Токе сказал, что по его мнению это — отличное и нужное предложение, хотя он думает, что сначала надо сбросить за борт одного или двоих и посмотреть, каков будет эффект. Но Орм сказал, что они не могут сделать этого, потому что он обещал сохранить им жизнь.
— Если хочешь принести жертву морским силам,— сказал он Токе,— я могу только предложить, чтобы ты отдал им свою женщину. В самом деле, всем нам может помочь, если мы избавимся от той, которая принесла нам столько бед.
Но Токе сказал, что он не допустит ничего подобного, пока он может дышать и одной рукой держать меч.
Поэтому на эту тему больше ничего не говорилось. Когда занялся день, пошел сильный дождь и окутал их, как дым, а шторм начал стихать. Когда совсем, рассвело, они смогли различить берег Халланда прямо перед ними, и наконец смогли ввести корабль в набольшую бухту. Парус корабля был разорван, а в трюме было полно воды.
— На этих досках я приплыл сюда от могилы святого Иакова,— сказал Орм,— и сейчас уже близко до дома. Но приду я домой без золотой цепи и без колокола святого Иакова, и, кажется, я ничего не выиграю от того, что их отдал.
— Ты принесешь домой меч и приведешь корабль,— сказал Токе,— а у меня — меч и женщина. А немногие из тех, кто когда-то отправился с Кроком, имеют и это.
— Мы несем с собой также и гнев великого короля,— сказал Орм,— и ничего хуже не может висеть на шее у человека.
Трудности их путешествия были теперь позади. Они отпустили пятерых пленников на берег и разрешили им уйти с миром. Потом, когда немного отдохнули и привели корабль и парус в порядок, они воспользовались хорошей погодой и поплыли вдоль берега при легком ветерке. Даже женщина была теперь в хорошем настроении и могла помогать им по мелочам, так что Орм смог переносить ее присутствие легче, чем раньше.
Когда наступил вечер, они приплыли к плоским скалам, лежащим у подножия дома Тосте, у которых в последний раз, когда они здесь были, находились корабли Крока. Они пошли вверх по тропе по направлению к дому. Орм шел впереди. Недалеко от берега моря тропу пересекал пенистый ручей, через него был проложен мостик, состоявший из трех досок.
Орм сказал:
— Осторожно с крайней левой доской, она гнилая. Затем он посмотрел на доску и сказал:
— Она сгнила задолго до того, как я покинул эти места, и каждый раз, когда мой отец шел по мосту, он говорил, что немедленно починит ее. Но я вижу, что она так и не отремонтирована, но все еще держится, хотя я и долго не был в этих краях. Если этот мостик еще стоит, может быть, и мой отец также пережил прошедшие годы.
Немного подальше они увидели гнездо аиста на высоком дереве, сам аист стоял на нем. Орм остановился и свистнул, а аист в ответ захлопал крыльями и застучал клювом.