— Я сказала так, — продолжала она, — потому что подумала, что мужчины могут уступить и отпустить девушек, если я останусь с ними. Я была готова принести эту жертву ради девушек, поскольку, чтобы мужчины со мной ни сделали, для меня это было бы не так страшно, как для них. Но вместо того, чтобы согласиться, мужчины рассердились и стали меня оскорблять, потом схватили и вышвырнули из пещеры, заявив, что они будут подгонять меня стрелами, если я сейчас же не уйду прочь. Я всю ночь пробродила по лесу, боясь диких зверей и духов. Когда я добралась до дома и рассказала, что случилось, люди пошли в пещеру и обнаружили, что она пуста, без каких-либо следов мужчин, девушек и шкур. После этого я долго болела и наполовину сошла с ума из-за того, как со мной обращались эти злодеи.
На этом вдова Гудни закончила свои показания, причем последние ее слова заглушались рыданиями. Поднялся с места Гудмунд из Уваберга и сказал, что он будет представлять в этом деле двоих мужчин. Он вдвойне способен сделать это, сказал он, отчасти потому, что мудрее их и поэтому лучше сможет рассказать все, а отчасти потому, что не раз уже слышал обо всей этой истории не только от Агне из Слевена и его племянника Слатте, но и от самих девушек. Поэтому он как никто другой знает обо всем этом деле, а что касается вдовы Гудни, которую только что все слушали, то он может сказать, что многое из того, что она рассказала, соответствует действительности, но большинство ею рассказанного противоречит фактам.
— Слатте и Агне оба говорят, — продолжал он, — что они сидели во время бури в своей пещере, а ветер был такой сильный, что им едва удавалось сохранять огонь в костре, и вдруг снаружи они услышали стоны. Слатте выглянул наружу и увидел три фигуры, шедшие под дождем с юбками, накинутыми на головы. Вначале он испугался, подумав, что это — тролли, а женщины то же самое подумали о нем, когда увидели, как его голова неожиданно появилась из-под земли, они даже закричали от испуга. Поняв, благодаря этому, что они — смертные, он подошел и успокоил их. Они приняли его приглашение присоединиться к нему в пещере и уселись вокруг костра. Девушки очень устали и плакали от отчаяния, но вдова не плакала, и вид у нее был не усталый. Она не сводила с мужчин глаз, пока сидела у костра и сушила одежду, она хотела, чтобы ей почесали спину, а остальные части тела укутали шкурами. Потом, когда она выпила пива столько, сколько может выпить воды мучимая жаждой кобыла, она развеселилась и сняла с себя почти всю одежду. Она сделала это для того, как она им объяснила, чтобы лучше чувствовать тепло от огня, потому что в тот момент ей больше всего хотелось тепла.
— Итак, Слатте и Агне оба молоды, — продолжал Гудмунд, — но не глупее остальных мужчин, они отлично понимают, какие мысли в голове у вдов, когда те видят мужика. Поэтому, когда она предложила, чтобы девушки пошли в угол пещеры и легли спать, а она сама останется бодрствовать и следить, чтобы девушкам не причинили вреда, подозрения мужчин усилились, и они понимающе переглянулись. И Агне, и Слатте заверили меня, что они с удовольствием ублажили бы вдову, если бы она пришла к ним одна, но им показалось некрасиво и не по-мужски делить на двоих вдову, когда там были еще две молодые красивые женщины, которые, возможно, хотели получить удовольствие не меньше, чем она. Ведь если бы онитак поступили, над ними смеялись бы все, кто узнал бы об этой истории.
Поэтому они сели рядом с молодыми, стали их успокаивать и помогли им согреть ноги у костра. К этому времени девушки были уже веселы, они поели, выпили и согрелись. Но на мужчин они стеснялись смотреть и почти не разговаривали. От этого мужчины еще сильнее зауважали их, поскольку это свидетельствовало об их скромности и хорошем воспитании. Девушки им так понравились, что в конце концов они решили потянуть жребий, кому какая достанется, чтобы потом не поссориться и чтобы все были довольны. Но когда они предложили это, вдове, которая становилась все беспокойнее, потому что ей не уделяли внимания, вскочила на ноги и пронзительно закричала. Она заявила, что девушки должны немедленно идти домой, в противном случае будет что-то страшное. Они молоды, сказала она, и могут вынести тяжести ночи, но сама она вынуждена попросить приюта на ночь, потому что слишком устала и у нее слишком сильно болит спина, чтобы идти так далеко. Это предложение очень удивило мужчин, они даже спросили вдову, не хочет ли она погубить их, потому что они бы точно погибли, если бы их выгнали ночью в лес, в темноту, под дождь и под власть всех тех темных сил, которые водятся в лесу по водятся в лесу по ночам. Они о такой жестокости раньше и не слыхивали, и сейчас не могли такого допустить, потому, что решили защищать девушек от злобных капризов вдовы. Более того, они сказали ей, что слишком ценят свою собственную безопасность, чтобы позволить такой особе, как она, остаться в их пещере. Ведь если бы они допустили это, то неизвестно, чтобы она могла с ними сделать, пока они спят. Итак, они приказали ей уходить. Она выглядела, сказали они, сильной, как бык, так что ей в лесу было бы не опасно, и если бы она столкнулась с медведем или волком, то животное точно бы убежало при виде ее.