Среди тех, кто встал под его знамена, был Орм Тостессон, известный, как Рыжий Орм из Мунда в Скании. Он привел с собой большой и хорошо укомплектованный корабль. Торкель помнил его по празднику Рождества в крепости короля Харальда и приветствовал его с радостью.
Получилось так, что Орму скоро наскучило сидеть дома и заниматься скотоводством и земледелием, к тому же ему трудно было мирно уживаться с Азой, хотя она изо всех сил старалась, чтобы он был счастлив. Дело в том, что она все еще считала его наполовину ребенком и постоянно суетилась вокруг него, окружая материнской заботой, как будто он сам не мог решить свои дела. Он старался объяснить ей, что он уже довольно давно привык сам решать не только свои вопросы, но и за других людей, но эти сведения, по-видимому, не произвели на нее впечатления. Не улучшали его настроения и ее ревностные попытки обратить его в свою новую религию и найти ему жену.
Новость о смерти короля Харальда стала огромным облегчением для них обоих, поскольку, когда Аза впервые узнала о том, каким образом Токе заполучил свою женщину, ее охватил ужас, и она думала, что ничего не остается делать, как только продать дом и бежать в поместье, которое она унаследовала от своего отца в лесах на смаландской границе, куда вряд ли дотянулись бы До них даже руки короля Харальда. Ее страхи закончились вместе со смертью короля Харальда, но Орм никак не мог забыть Ииву и беспокоился больше о ее безопасности, чем о своей. Часто он думал, что стало с нею после смерти отца, взял ли король Свен ее под свое покровительство в качестве возможной жены для одного из своих солдафонов, или она попала в руки шведов, что беспокоило его не меньше. Поскольку он был в плохих отношениях с королем Свеном, то никак не мог придумать способа вернуть ее себе, тем более пока на островах бушевала война.
Азе он ничего не сказал об Йиве, потому что не хотел выслушивать бесполезные советы, которые, как он знал, она сразу же обрушит на него. Но от этого ему не стало легче, потому что Аза знала нескольких девушек в округе, которые великолепно подошли бы ему, и их матери, которые думали так же, как и она, приводили их к нему в дом и показывали чистыми, с красными лентами в косах. Девушки шли охотно и сидели с высоко поднятой грудью, бросая на него восхищенные взгляды, но он не выказывал к ним особого интереса, потому что ни одна из них не напоминала Йиву и не была столь же остроумной и быстрой на язык, как она, поэтому вскоре Аза потеряла с ним терпение и подумала, что даже Одду вряд ли было труднее угодить.
Поэтому, когда новость о том, что Торкель предпринимает большой поход викингов, достигла Орма, он, не теряя времени, стал снаряжать корабль и нанимать людей, не обращая внимания на слезы и уговоры Азы. Все знали, что он — человек бывалый, вернувшийся из своих странствий с большим количеством золота, поэтому ему было не трудно подобрать хорошую команду. Он сказал Азе, что на этот раз он не собирается отсутствовать так же долго, как в первый, и обещал ей, что когда вернется, то станет жить оседлой мирной жизнью и всерьез займется фермерством. Аза рыдала и говорила, что она не переживет такой печали и одиночества, но Орм уверил ее, что она проживет намного дольше него и еще понянчит его детей и внуков. Но от этого она только заплакала еще горше. Итак, они расстались, и Орм отправился на соединение с Торкелем.
В то время, как Торкель все еще стоял у острова Хвен, ожидая благоприятного ветра, флотилия из двадцати восьми кораблей подошла на веслах с юга, и по их знаменам и форме форштевней было видно, что это шведы. Погода была тихая и благоприятствовала битве, и обе стороны приготовились к бою, но Торкель прокричал противникам, кто он и что он желает поговорить с их предводителем. У шведов было два предводителя, имевших одинаковую власть. Одного звали Йостейн, он был из Уппланда, а другого — Гудмунд, с Восточного Готланда. Они сказали, что пришли помочь королю Эрику грабить Данию, и спросили, что еще он желает узнать.