В Мэлдонской церкви, сделанной из камня, некоторые англичане все еще держались. Они убежали в башню, когда викинги штурмовали город, среди них были священнослужители и женщины, они подняли после себя лестницы, чтобы к ним никто не мог подняться. Викинги подозревали, что они захватили с собой много ценностей и изо всех сил старались уговорить их спуститься с башни и принести свои ценности с собой. Но ни с помощью огня, ни с помощью силы не могли они ничего добиться, а у забравшихся в башню было достаточно продовольствия и воды, они распевали псалмы и, казалось, были в хорошем настроении. Когда викинги приблизились к башне, чтобы попытаться уговорить их поступить разумно, спуститься вниз и расстаться со своим добром, они стали бросать вниз камни и грязь на их головы, ругаясь и испуская триумфальные крики, когда попадали в цель. Все викинги были согласны с тем, что каменные церкви и их башни — это одно из самых трудных препятствий, с которым только может столкнуться человек.
Йостейн, старый и суровый человек, очень жадный до золота, сказал, что он знает только один способ сломить упрямство этих людей: привести пленников к башне и там убить их, одного за другим, до тех пор, пока сидящие в башне уже не смогут этого вынести и сдадутся. Некоторые были с ним согласны, поскольку он считался очень мудрым человеком, но Гудмунд и Торкель сочли такой план недостойным воина и не захотели принимать в этом участия. Было бы лучше, сказал Торкель, заставить их спуститься хитростью. Он добавил, что знает слабые места священнослужителей и знает, как лучше подойти к ним и заставить делать то, что надо.
Он приказал своим людям снять большой крест, висевший в церкви над алтарем. Затем он подошел к башне, при этом двое несли крест перед ним, и остановившись у подножия башни, закричал, что ему нужны священники, чтобы ухаживать за ранеными и для того, что особенно важно, чтобы подготовить его к обращению в новую веру. В последнее время, объяснил Торкель, он стал чувствовать сильную привязанность к христианству, и он к ним будет относиться так, словно он уже христианин, поэтому позволит всем сидящим в башне покинуть ее живыми и невредимыми.
Он уже долго говорил, когда с башни полетел камень и попал ему в плечо, сбив с ног и сломав ему руку. При этом двое, державшие крест, бросили его и стали помогать Торкелю добраться в безопасное место, а сидевшие в башне радостно кричали. Йостейн, смотревший на все это, поджал губы и заметил, что военная хитрость — это не такое простое дело, как думают некоторые неопытные молодые люди.
Все товарищи Торкеля загорелись от гнева, увидев, что их вождь ранен, и тучи стрел полетели в окна башни, но это ничего не изменило, и ситуация казалась безнадежной. Орм сказал, что в южных странах он иногда видел, как воины Аль-Мансура выгоняли христиан из каменных церквей, выкуривая их оттуда. Все сразу же принялись за работу, чтобы осуществить это. Дрова и сырая солома были свалены внутри церкви и вокруг башни и подожжены. Но башня была высокой, а ветерок разгонял почти весь дым до того, как он мог подняться. В конце концов викинги потеряли терпение и решили оставить все как есть до тех пор, пока обитатели башни не начнут испытывать муки голода.
Торкель был расстроен провалом своей стратегии и боялся, что его люди начнут его поддразнивать по этому поводу. Кроме этого, его раздражала перспектива праздного сидения в лагере, поскольку было очевидно, что должно будет пройти некоторое время, прежде чем он сможет выезжать на грабежи. Ему хотелось также, чтобы люди, сведущие в медицине, пришли осмотреть его рану. Орм пришел поговорить с ним, когда он сидел у костра и пил подогретое пиво, а его сломанная рука висела вдоль тела. Многие трогали его руку, но никто не знал, как наложить на нее шину.