— Далия, этот ублюдок не дал бы тебе их спасти, как ты не понимаешь?! — он тоже начинал злиться, это было заметно по тому, как желваки на его скулах начали играть. Тео стал на нее надвигаться, зажимая у камней, что играли роль стены и продолжил. — Я не могу тебе все рассказать, но поверь мне! Лучше бы ты вообще не знала об их местонахождении, чем видела то, что он для тебя подготовил. — договорив, он ударил кулаком возле ее головы, от чего она вздрогнула, и плед свалился с ее плеч.
— Ты мог мне рассказать. — тихо сказала девушка, заметив движение в палатке.
— Мог. Но не стал. Я не хотел, чтобы ты видела это. — так же тихо ответил парень.
Их дыхание было резким и напряженным, после этого словесного поединка. Она смотрела в его ртутные глаза и заметила, как он мазнул своим взглядом по ее губам. Неосознанно, она повторила за ним и тем самым вызвала у него ухмылку. Он поддался вперед, а она и не сопротивлялась. Далия уже смирилась, что ее тело горячо отзывается на него, хоть головой она была готова его сбросить с этой горы. Парень наклонился еще ниже, вызывая у нее учащенное сердцебиение, ей казалось, что это было слышно даже ему. Они стояли друг напротив друга, глядя в глаза. Их лица были в миллиметре друг от друга и каждый ждал, кто сорвется первым. И первой сдалась Далия. Она мазнула языком по своим губам, задевая его. В его глазах пробежалась тень и после он накинулся на ее губы, будто голодный волк. Этот поцелуй был очень болезненным и на вкус, как мятный леденец. Они жадно целовали друг друга, боясь упустить эту возможность. Теодор схватил ее за косу, оттягивая голову немного назад, чтобы открыть себе больше доступа и углубить поцелуй. По телу Далии пробежались мурашки, а тугой узел спустился вниз живота. Тео раздвинул ее ноги коленом и прижался ближе к ее бедру. Далия почувствовала, как он ее хочет, но вдруг услышала, как что-то упало. Они быстро оторвались друг от друга, разойдясь в разные углы и жадно глотали морозный воздух. В моменте стало очень жарко.
— Ребят, я разбил чашку. — выглядывая из палатки, сказал Клаус. — Вы что, опять ругались? — он выгнул бровь, вопросительно оглядывая то одного, то другую, попутно полностью выходя из их временного дома. Пазл в его голове сложился, отчего ехидная улыбка начала расцветать на его лице. Щеки Далии опалил румянец.
— Скажешь хоть слово… — угрожающим тоном предупредил Вирид, от чего по ее телу пробежался целый рой мурашек. Он пугал, настолько его голос был ледяным.
— Я молчу. — Клаус поднял обе руки в знак капитуляции, подавляя улыбку. Ему явно было весело. Засранец.
— Я пошла спать. — не оборачиваясь, девушка двинулась в палатку и как только ее голова коснулась тонкой подушки, усталость взяла верх. Она уснула.
Свет не доходил до палатки, так как огромные камни, скрывали лучи солнца. Они не просто так решили ночевать в таком месте. Хоть в горах было порядком холоднее, чем под кронами пушистых гигантов, все единогласно решили, что в гротах ночевать безопаснее. Далия открыла глаза, надеясь на спокойный день. Приключений ей хватило на несколько лет вперед. У нее никак не увязывалось в голове, почему все проклятия, предназначавшиеся грешникам, обрушились на нее. Отмахнув навязчивые мысли, девушка твердо решила перестать себя жалеть и стать жестче. Ей необходим стержень и больше мужества, чтобы уничтожить того, кто уничтожил ее. Повернув голову в бок и немного приподнимаясь, она напоролась на его взгляд. Почему-то ей казалось, что их связывает что-то общее, чем взаимная ненависть. Он так же мечтает о смерти того ублюдка. Его взгляд был нечитаем. Вирид смотрел ей прямо в душу, сквозь нее, но не на нее саму.
— Пора выдвигаться. — кратко. Он отвел свой взгляд и поднялся с места. Далия обвела глазами палатку, Клауса нет. — Он вышел осмотреться.
Девушка лишь кивнула и вновь откинулась на подушку, прикрывая глаза. Тело ныло от твердости поверхности. На теле уже начали проявляться синяки. Вновь открыв глаза, она тяжело выдохнула и поднялась с матраса. Немного освеживсись, насколько позволяли условия, девушка начала уменьшать и убирать в рюкзак вещи. Вдруг ворвался Вирид. Его лицо искажала чистая злость. Нет. Это была сжигающая ярость.
— Бросай вещи! Клаус пропал! — взревел парень.
Девушка очень испугалась. Видение. Её охватил легкий тремор. Сомнений не было, что они найдут Клауса, но вот в каком состоянии? В горле застрял удушающий комок паники.