— Расслабься…
Далия почувствовала резкую, разрывающую боль — словно внутри неё натягивали струну, которая вот-вот лопнет. По её щеке скатилась слеза.
— Резче! — закричала она, не в силах больше терпеть это медленное растяжение. И он послушался, одним коротким движением войдя до конца.
Девушка вскрикнула, впиваясь ногтями в его твёрдые плечи. Парень замер, продолжая поглаживать её по волосам, шепча ободряющие слова. Постепенно острая боль стала отступать, сменяясь новым и волнующим чувством полноты.
— Можно? — Далия кивнула. — Я медленно.
Сдержав слово, он медленно вышел из неё и так же плавно вошёл снова. Острая боль постепенно отступала, сменяясь нарастающим, несравнимым ни с чем чувством. Чем больше она расслаблялась, тем увереннее становились его движения, даря ей новые, всё более блаженные ощущения.
Толчки с каждым разом становились всё резче, сбиваясь с ритма. Тео перенёс вес на левую руку, а правую просунул между их тел. Найдя клитор, он начал ритмично массировать его, стараясь попадать в такт своим движениям. Комок удовольствия снова сжимался и с ещё большей силой. Её накрыла новая волна удовольствия. Стенки влагалища сокращались в ритм сердца, готового выпрыгнуть из груди. Вслед за ней, сделав несколько коротких, завершающих толчков, Тео с мягким стоном лёг ей на грудь. Тяжело дыша, они неподвижно лежали, наслаждаясь безмолвной близостью.
Спустя несколько минут, когда к Теодору вернулись силы, он лениво перекатился с неё на кровать и притянул девушку к себе, обвив рукой её талию.
— Кажется, я что-то чувствую, — прошептал он так тихо, что она засомневалась, прозвучали ли эти слова наяву.
Веки налились свинцом, и Далия незаметно для себя провалилась в глубокий сон.
Продолжение следует...