— Ну, тогда я не понимаю, зачем тебе это, кроме того — меня убьет твой дядя.
— За что? — спросила она в свою очередь очень удивленно.
Теперь я точно перестал что-либо понимать.
— За то, что я с тобой переспал. Он просил, чтобы я тебя не обижал. — Я был сильно растерян и не понимал мотивов девушки.
— Дядя имел в виду, чтобы ты не обращался со мной как с доступной женщиной, а проявлял уважение, и только.
— Ну зачем тебе это нужно? — не сдавался я. Что-то я не все понимал в тех отношениях, которые царили в этом обществе. Девушка знает, что выйдет замуж, но хочет переспать с другим? Ее дядя не возражает, главное — чтобы с уважением. Мои мысли спутались.
— Замуж я выхожу, как решили наши родители. А спать я хочу с тем, кто мне нравится, — объяснила она.
— А что скажет Увидус? — пытался я нерешительно сопротивляться.
— Он ничего не скажет, — ответила девушка.
Спрашивать, что скажет будущий супруг, я не стал. Я спросил Лану:
— Скажи честно, Лана, тебе нужен статус?
Она широко раскрыла глаза и замерла.
Я решительно встал и сказал:
— Пошли в мой номер.
— Ой, Дар, прости, я больше так не буду, — девушка была пунцовой от стыда. — Я лучше пойду подготовлю твои бочки к вывозу. — Она опрометью выбежала.
Когда я поел и вышел, Увидус посмотрел на меня, попрощался и занялся своими подсчетами. У повозки во дворе стояла Лана, протянула мне письмо от Овора, пожелала счастливой дороги и скрылась в трактире. Потом высунулась ее голова, и она спросила:
— А что у тебя в бочках?
Я состроил страшную рожу и зловеще проговорил:
— Кровь замученных мною девственниц.
Она засмеялась и, уже скрывшись, крикнула:
— А мне такая участь уже не грозит!
Я заморгал:
— И что это сейчас было?
Поудобнее усевшись рядом со своими бочками, я назвал адрес дома, куда ехать. Повозка неспешно ехала по городу, а я, покачиваясь по ходу движения, читал письмо, которое прислал Овор. Дела у него шли хорошо. Трактир достраивался. Усадьба была уже построена. Охрана несла службу. Приезжал посыльный от префекта, расспрашивал, откуда прибыл Овор, ходил, смотрел строительство. Предложил покровительство префекта за сто золотых в трик. Но, увидев охрану, сдулся и уехал. Теперь Овор ожидал первых действий префекта. Рона передавала привет, спрашивала, когда можно меня навестить. Еще Овор спрашивал: «Где она до этого жила? Не знает простых вещей, но учится прилежно. Набила морду наемнику, да так, что он неделю не вставал. Теперь в отряде ее уважают». За что набила, не пишет. Я отложил письмо. У Овора все в порядке, девушка под присмотром, посидит до конца практики и улетит обратно. Мы остановились у дома Груты, я позвонил в колокольчик и дождался Верею.
— Позови бабушку, — попросил я. Хозяйка вышла и с удивлением посмотрела на бочки. — Грута, нужны грузчики, чтобы затащить эти бочки в подвал.
Женщина быстро сообразила:
— Сейчас будут.
И действительно через пять рид она пришла с тремя крепкими мужиками. Посмотрев на бочки, один из них сказал:
— С тебя за работу серебряк, хозяин.
Я кинул ему монету, тот ловко ее подхватил, рассмотрел и сунул за отворот рукава. Они ловко затащили бочки и ушли, а я смог без помех поговорить с хозяйкой дома.
— Я продала все зелья, — радостно сказала она и протянула мне кучу серебра. За каждый флакон по десять серебряков. В мешке было 900 серебряных коронок. — Просят еще. — Она смотрела на меня с ожиданием.
— Тогда помогай, — подмигнул я.
У меня стало на сорок пять золотых больше. Вместе мы быстро сделали сотню пузырьков моего зелья. Она разливала по бутылочкам, а я заряжал плетением. Через пару часов мы вышли, и я спросил:
— Какие-то проблемы были?
— Были, — не стала она скрывать. — Муж, чтобы нас не трогали, платил местным бандитам десять процентов. Ко мне подошли и сказали, чтобы я тоже платила, раз торгую на их территории. Я сослалась на вас, как на хозяина товара.
Она смотрела на меня с большим страхом в душе. У нее только начала заново складываться порушенная жизнь, и, если я откажусь от ее услуг, ей трудно будет это пережить.
— Грута, не беспокойся, мы будем с тобой работать и дальше. А с бандитами я разберусь, ты их мне только покажи.
— Тан, они ждут вас в трактире «У старого Варда», как зайдете — слева у окна стол, вы их сразу увидите.
— Ладно, показывай этот трактир.
В трактире стоял кислый запах, народу было немного. За столом у окна сидели двое, с явно бандитскими мордами. Таких только в кино снимать: бородатые, со шрамами на лицах, на простых ремесленников они, должно быть, наводили ужас. Я подошел и сел.