— Здорово, бандиты. Кто тут хотел меня видеть?
— А ты кто? — удивился мужик с неопрятной бородищей, разглядывая меня.
— Я — хозяин зелья, что Грута продает.
— Значит, так, молокосос, Грута торгует, нам десять процентов — мы тебя не трогаем. Усек расклад? — Он ощерился и посмотрел на меня, как на дурака.
— Усек, — сказал я, выхватил кинжал и пригвоздил его руку к столу. Второго схватил за бороду и дернул вниз. Подождал, когда пройдет первый шок, и стал слушать их вопли. — А ну заткнулись! Бо убью, — сказал я. Бандиты сразу притихли. Один с ужасом смотрел на пришпиленную руку, другой не мог поднять голову от стола. — Я пришел сюда, чтобы разъяснить вам, недоумкам, новые правила. Тот, кто хочет собирать здесь оброк, должен платить мне, кто не платит — тот не живет. Усекли? — спросил я.
— Усекли, усекли, — проблеяли они.
— Тогда дуйте к главарю и передайте ему это. — Я вытащил из стола кинжал и отпустил бороду.
Бандитов как ветром сдуло.
— Зря вы так, — подошел ко мне хозяин трактира. — Здесь свои порядки. И у вас будут неприятности.
— Порядки, уважаемый, устанавливает тот, кто сильнее. Лучше дайте поесть и запить, только не пиво.
Мне надо было дождаться, когда банда соберется и заявится наказать наглеца-мальчишку, посмевшего бросить им вызов. Через полчаса на сканере показались семь алых точек.
— А вот и банда пожаловала, — обрадовался я, потому что не пришлось ждать долго. Встал и вышел на крыльцо.
Бандиты шли толпой с очень решительными видом, подбадривая себя воинственными криками. Впереди двигался громила в кожаном нагруднике. Видно было, что они подготовились, некоторые имели защитные артефакты и нагрудники, в руках короткие мечи.
— Помирать пришли, убогие? — громко, так, чтобы они меня услышали, спросил их я.
Не отвечая, они с криками ринулись к крыльцу. Теперь вот можно проверить и амулет. Я поднял руку с браслетом и полностью разрядил его, выдав очередь из игл. Результат превзошел все мои ожидания — всю толпу смело за пару секунд. На земле лежали убитые и раненые, у кого были броньки, пострадали меньше, им разворотило внутренности. Остальных прошило насквозь: щиты первого уровня им не помогли. Стоны и вопли заполнили улицу. Я подошел к здоровяку, которому игла попала в плечо, и спросил:
— Жить хочешь?
— Хочу! — не стал он отказываться.
— Служить мне будешь? — продолжал я.
— Буду! — Он истекал кровью и был на грани потери сознания.
Я влил ему в рот зелье. Подождал и добавил еще. Скоро громила начал шевелиться, недоверчиво посмотрел на рану и подвигал рукой. На шум и крики прибежали стражи порядка, тряся жирными животами, и тупо уставились на побоище и на меня, лечащего здоровяка.
— Что здесь случилось, ваша милость? — спросил старший патруля.
— Местные бандитские разборки, — не соврал я. — Передрались между собой.
Старший патруля недоверчиво посмотрел на меня, но промолчал. Я протянул ему золотой и сказал:
— Вот на похороны.
Толстопуз в кирасе просиял.
— Не извольте беспокоиться, ваша милость, похороним с честью, — выпятив необъятное брюхо, бодро отрапортовал он.
— Пойдем в трактир! — приказал я вылеченному бандиту и, не оглядываясь, пошел.
— Господин сержант, это тот парень, за которым мы гонялись по всему городу, — услышал я шепот за своей спиной и звук удара кулака с одновременным вскриком: «Ой!»
Сел за стол у окна под молчаливыми взглядами посетителей. На улице стражники остановили проезжавшую телегу, дали подзатыльник бедолаге и стали загружать убитых и раненых. Подошел громила и уселся следом.
— Тебя как зовут? — Я оглядывал его с интересом.
— Борт Кувалда, ваша милость, — осторожно проговорил он, потирая плечо.
— Закажи себе вина, Кувалда, ты потерял много крови, — порекомендовал я ему. Подождал, когда хозяин, принеся кружку, осторожно поставит ее на стол и отойдет, и спросил Кувалду: — Кто из банды еще остался?
— Рангор Подкова и его сын.
— И где они?
Я внимательно смотрел на Борта. А он понимал, что за неправильными ответами кроется его смерть. То, как я расправился с бандой, его сильно проняло, все это я читал, как в книге, по его простодушному лицу. Из всей банды, что пришла меня убивать, он был самым вменяемым.
— Подкова — хозяин каретной мастерской и главарь, сын ему помогает. — Кувалда решил от меня ничего не скрывать.
— Пошли поговорим с Подковой, — сказал я, вставая с места.
Подкова встретил нас выстрелом из арбалета: уже зная о разгроме банды, он сдаваться и вести переговоры не собирался. Они с сыном спрятались в сарае и стреляли в любую тень, появившуюся в дверях. Сам я соваться туда не собирался, а привел его жену и приказал ей, чтобы шла и переговорила с мужем. Вот ее он и застрелил, не раздумывая. А когда понял, что он наделал, стал проклинать меня и Кувалду, обещая кары страшной и неминуемой. Я вытащил из сумки гранату, повертел в руках и подумал: «А чего тащиться за город, когда можно попробовать ее на Подкове?» Сломал взрыватель, досчитал до трех и кинул шар внутрь сарая: