— Шеф, пришла шифровка из центра. — К руководителю зашла его секретарша.
— Что пишут? — не отрываясь от голограммы, спросил Вейс.
— Пишут, чтобы мы держали в полной изоляции и не проводили допросов задержанной Бруз, передали ее уполномоченным из центра, когда они прибудут. И чтобы вы были готовы отчитаться о своих действиях. Еще к нам едет ревизор, — кратко изложила секретарь смысл шифротелеграммы.
— Кто подписал? — Вейс был хмур.
— Заместитель начальника Управления по оперативной работе.
— А где сам начальник?
— В отпуске, — кратко ответила секретарь. Ей по должности положено было знать ситуацию в Управлении. На что сам Вейс никогда не обращал внимания.
— Давай сюда телеграмму! — приказал Вейс.
Он вставил в считыватель чип и раскрыл содержание. Затянувшись сигаретой, он прикрыл глаза и стал просчитывать возможные варианты своих действий. Он потерял надежных соратников, на которых мог положиться и которые всегда прикрывали ему спину. Остались замы. Оперативник при малейшей опасности сдуется и начнет действовать против Блюма. Это Вейс чувствовал своей забившей тревогу интуицией. Аналитик, если пообещать место начальника, будет с ним заодно. На картографию положиться нельзя, там всех надо проверять долго и упорно. Легче поменять на молодежь. Что в остатке? Ревизор едет с попыткой его снять. Ну что же, не первый раз чистоплюи из центра пытаются его сожрать.
— Рина, пригласи ко мне нового сержанта из группы силовой поддержки, — связался он с секретарем.
В кабинет Вейса вошел крепкий немолодой боец. Он спокойно представился и стал ждать.
— Садись, сержант, у нас будет долгий разговор, — предложил Блюм. — Куришь?
— Курю, — кратко ответил пограничник.
— Кури, — разрешил хозяин кабинета, потом достал бутылку сплоча и разлил в два стакана. — Тебя как зовут, сержант? — спросил Блюм после того, как они молча выпили.
— Мишель Ламье, сэр, — ответил пограничник.
— Мишель, к нам едет проверяющий, его цель — снять меня, за этим последуют неприятности для всех, кто выполнял мои распоряжения.
— Понимаю, сэр, — все так же спокойно ответил сержант. — Что от меня требуется?
— Сколько у тебя в камере сидит специалистов-техников?
— Да почти все, двенадцать человек, сэр, — после небольшого раздумья ответил служивый.
— Надо взять их в разработку, Мишель, выпустить — и пусть работают на нас. Сумеешь?
— Кто еще будет знать о них? — спросил сержант.
— Только ты, я и твои бойцы, кого ты сам отберешь. Документы я подготовлю.
Сержант был бывалым, лишних вопросов не задавал и только согласно махнул головой.
— Пусть они вернут к жизни датчики и камеры на седьмом верхнем уровне. В гостиничном комплексе. И поставят их на квартире исполняющего обязанности начальника оперативного директората нашего управления.
— Все сделаю, сэр, — ответил пограничник, выслушав Вейса. Он понимал, что идет на большой риск в одной связке с этим решительным и честным человеком, не побоявшимся схлестнуться с большими людьми, для того чтобы выполнить свой долг.
Когда пограничник ушел, Вейс вызвал своего нового аналитика.
— Абель, я буду краток. Вот шифровка, читай, — подал он чип исполняющему обязанности главного аналитика департамента. — У тебя есть пять минут, чтобы дать мне примерный прогноз.
Абель на время задумался.
— Шеф, у вас есть план? — спросил он, прервав раздумья.
— Есть, сынок, первым пунктом плана рекомендовать тебя на должность начальника. Но это если устоим.
Глаза парня засветились.
— Значит, так, шеф. Бруз хотят забрать, по дороге она погибнет или покончит с собой. Против вас будет свидетельствовать мой коллега из оперативного отдела. И часть картографии. Но тут есть положительный момент: откроются нелояльные сотрудники. Рекомендую мероприятия противодействия. Ограничить доступ к информации сотрудникам двух обозначенных отделов и действовать по вашему плану, — с энтузиазмом ответил Девви.
«Он мой с потрохами, — подумал Вейс. — Если победим, парень сделает блестящую карьеру. Умеет рисковать и ставить на правильных людей».
— Подбери тех, кому доверяешь, — сказал он вслух. — Им будут задания.
Высокую комиссию Вейс встречал у первого причала в одиночестве. Во главе отряда сил специального назначения, в окружении секретарей и клерков, шел надутый председатель комиссии. Он скупо поздоровался с Вейсом и назначил совещание на поздний вечер.