Затем послышался голос одного из эров. Тот не смог удержаться от смеха.
— Мори, ты сколько кубиков вколола этому лургу? Он видит картинки и вместо правды рассказывает нам свои видения.
— Ну чуть больше кубика, — прозвучал женский голос. — Парень с фронта, поэтому подумала, что он более устойчив к воздействию. Прости, не рассчитала. Давай второго послушаем.
Я посмотрел на эров. Опознать женщину было трудно. Одинаковые черные мундиры, короткие стрижки, длинные уши. Поджарые фигуры без явных вторичных половых признаков. Хотя, если присмотреться, у одного бедра были пошире.
— Ну давай послушаем, что скажет Адвокат, — согласился с ней я.
Адвокат долго мычал, а потом запел похабную песню про эра и лурга. Его пение прервала звонкая пощечина.
— Скотина! Животное! — визгливо прокричала Мори. — Убью! Ну что за твари эти лурги? Ты слышал, что он пел? — Это она, видимо, обращалась к своему напарнику.
— Слышал! — усмехнулся тот.
— И тебе смешно? Как ты можешь равнодушно про это говорить? Он унизил нас!
— Эх, крошка, я бы тебя еще и не так унизил, — вдруг произнес Адвокат и получил вторую оплеуху.
На этом запись обрывалась. Как оказалось, я пришел вовремя. Но передо мной встал следующий вопрос: что делать дальше? Что делать с телами? И как быть с сующими везде свой нос контрразведчиками?
Я ненадолго задумался.
Сейчас надо разобраться с ребятками. Я стер старую запись и велел Жюлю повторять, что я сейчас скажу. Затем включил запись на магнитофоне.
— Я, Жюль Кауф, — стал повторять он услышанное, — прибыл на корабль вместе с лерзиттером, который приказал нам следовать за ним. Мы продвигались к океану, когда нас остановили большие собаки и погнали в другую сторону. По дороге встретили эра, он приказал нам остановиться. Там были еще бестелесные существа, которые с кем-то сражались. Это все, что я знаю.
Затем наступила очередь Адвоката. Его запись я оставил без изменений.
Итак, первый шаг я сделал. Второй — надо избавиться от тел. А лучше отнести их подальше и оставить с ними магнитофон. По плану служба контрразведки флота находилась на второй жилой палубе. Это на один уровень выше. Вот туда я их и оттащу, а пока наведаюсь в их дежурную часть.
В дежурной комнате контрразведки у аппаратуры сидели четыре оператора. На табло светились номера кают, которые прослушивались. Здесь значился главный командный пост корабля и, что меня удивило, моя каюта.
У всех поочередно я вытащил жизнь настолько, что они потеряли сознание. Затем перенес троих эров и усадил на свободные кресла. Положил портативной магнитофон на стол и ушел.
Меня поражало обилие часовых на палубах. Каждый сектор на корабле был обозначен цифрой и буквами, и, если у кого-то не было пропуска в данный сектор, он не мог туда попасть. Секретность на уровне фантастики! А сделать пропуска с электронными кодами и замки на дверях они не догадались. Убого — и удобно для меня.
Я вернулся в свою каюту и вызвал адъютанта.
— Кирнауил, я хочу, чтобы к моим лургам не проявляли интереса. Кто бы это ни был. — Я в упор посмотрел на офицера. — Ты меня понял?
— Понял, дядя, сейчас распоряжусь. — Офицер побледнел.
— Что-то не так? — Я смотрел сурово.
— Нет-нет. Все так. — "Племянник" отвел глаза.
Знает, стервец, что их допрашивает контрразведка, знает, но врет мне.
— Кирнауил, ты знаешь, что такое преданность?
— Да, дядя.
— Ты знаешь, что твоя карьера зависит от меня? — Я вдруг понял, что эр, под личиной которого я прячусь, был дядей непростым и что общество эров пронизано интригами и подставами.
— Да, дядя.
— И ты понимаешь, что без меня ты будешь гнить на планете, как другие?
— Да, дядя.
— Так где же тогда твоя преданность, Кирнауил?
Офицер упал на колени.
— Прости, дядя. Я не хотел… Я не придал этому значения… Я…
— Кирнауил, разве ты знаешь в нашем роду глупцов? Если знаешь, назови. Может быть, это твоя мать, моя сестра?
— О! Нет…
— Тогда почему я слышу такие слова? — не давая ему договорить, продолжил я. — Не хотел, не придал значения? Ты меня разочаровываешь. — Я поджал губы.
— Меня попросил лер Миштроил, начальник контрразведки корабля, позволить провести опрос лургов.
— И ты не подумал, зачем ему лурги, которых привел я? Не подумал, что он ищет? Разве не ты должен прикрывать мне спину, Кирнауил? Я разочарован в тебе.
— Дядя, простите…
— Ты в курсе, что моя каюта прослушивается? И то, что мы сейчас с тобой здесь говорим, слышит лер Миштроил?
Парень побледнел и растерянно огляделся.