Волчица внутри подняла голову. Связь отозвалась.
Я резко распахнула глаза, чувствуя, как натяжение усиливается, становится осязаемым. Развернулась на пятках, прошла к не горевшему камину и со злостью закинула туда несколько поленьев. И зачем, спрашивается, я это сделала в разгар лета?
Бросив разгоревшуюся лучину, я осталась стоять у камина, глядя, как огонь нехотя облизывает сухие поленья. Пламя было лишним. Лето, духота, открытые окна. Но мне нужно было движение. Шум. Что-то, что займёт руки и голову и не даст снова произнести имя вслух.
Я резко развернулась и ушла к рабочему столу. Практика всегда была моим якорем. Подобием медитации. Когда мысли начинали путаться, а эмоции — выходить из-под контроля, спасали простые, выверенные действия. Травы. Точные пропорции. То, что подчиняется правилам.
Я достала ящик, выдвинула его до упора. Сушёный зверобой, корень дягиля, полынь, мелисса. Взяла ступу, тяжёлый каменный пестик и начала измельчать.
Давить. Повернуть. Снова давить. И снова повернуть. Запахи поднимались слоями, проникая в легкие. Горькие, терпкие, успокаивающие.
К полудню солнце поднялось высоко и дом наполнился светом. Я как раз пересыпала готовую смесь в стеклянный флакон, когда воздух рядом дрогнул.
— Аргас, — произнесла я приветственно и продолжила аккуратно вытирать ступу.
— Я не нашёл его. Ни следа. Ни имени. Высший словно растворился.
Я медленно положила тряпку на стол.
— Правда? — спросила я, не оборачиваясь.
— Да, — ответил он после короткой паузы. — Мне жаль.
Вот тут я повернулась.
— Не утруждайся, — холодно сказала я. — Ты плохо врёшь, Аргас.
Фамильяры не должны испытывать эмоции, они лишь помощники, но Аргас демонстрировал неприкрытое недовольство.
— Ты всегда так делаешь, — продолжила я, подходя ближе. — Становишься чрезмерно аккуратным и услужливым. Это тебя и выдает.
— Деметра…
— Нет, — оборвала я. — В отличие от тебя, я не теряла времени.
Я остановилась напротив него, чувствуя, как под кожей снова отзывается тонкое натяжение.
— И узнала имя истинного, — произнесла я чётко.
Аргас резко вскинул голову, недовольно повиливая хвостом, словно кот.
— Мне жаль.
— Его зовут Виктор, — сказала я, игнорируя его неуместные сожаления. — И Темный князь знаком с ним лично.
В глазах фамильяра не было удивления.
— Так что не нужно делать вид, что ты ничего не нашёл, — добавила я уже спокойнее. — Ты просто решил не говорить, забыв, что я давно не маленькая девочка.
Аргас отвёл взгляд.
— Я действую в интересах своей госпожи, — произнёс он наконец.
— Знаешь, у меня иногда складывается впечатление, что где-то там, — я махнула рукой, — у тебя есть другая госпожа. И заботишься ты исключительно о ней. Найди мне его! — приказала я. — И быстро!
Глава 17. Деметра
Аргас вернулся ближе к вечеру. Я почувствовала его ещё до того, как воздух дрогнул и лунный волк проявился, шагнув из пустоты. Я стояла у окна, лениво наблюдая, как сад тонет в тёплом закатном свете, и не обернулась сразу. Дала фамильяру секунду. Пусть сам заговорит. Я все еще злилась на него.
— Я нашёл его, — сказал Аргас глухо.
Вот теперь я повернулась к нему лицом.
— Где? — спросила спокойно.
— Он в городе, — ответил фамильяр. — Не скрывается. И, — он замялся, — он не один.
Меня это не удивило.
— Адрес, — коротко бросила я.
Аргас назвал место.
— Ты не пойдёшь туда так, — сказал Аргас, внимательно следя за выражением моего лица.
Я приподняла бровь.
— А как, по-твоему, я должна туда пойти? С плакатом «Разорву истинность»?
— Ты собираешься его обмануть, — констатировал он. – Обмануть Высшего вампира и богов…
— Я собираюсь выжить, — поправила я. — И освободиться.
Я отвернулась и направилась к лестнице, ведущей в спальню. На ходу уже выстраивался план. Если мне нужна его кровь, значит, он должен потерять контроль. Высшие вампиры холодны и контролируют себя. Его нужно выбить из равновесия. Грубой силой мне не справиться. Магию я еще не готова демонстрировать. Остаётся самый древний и надёжный способ.
— Я должна быть приманкой, — пробормотала себе под нос.
В спальне я остановилась перед зеркалом и посмотрела на своё отражение новым взглядом. Не как на волчицу, а как на женщину.
— Ладно, Виктор, — тихо сказала я, снимая заколку и позволяя волосам рассыпаться по плечам. — Посмотрим, насколько ты Высший, когда кровь отольёт не туда.