Сев в машину, Биксби объявил:
— Боюсь, придется немного задержаться. Нужно заехать в полицейский участок.
Мортен сидел на скамейке в заросшем саду и заклеивал конверт с письмом и деньгами для Аниты. Раскаивался ли он, что снова лжет ей? Нет, лучше всего, если пока что она будет думать о нем хорошо. Он, наверно, остался для дочери единственным светлым воспоминанием после того, как Кари их предала. Он-то, во всяком случае, не собирался предавать Аниту. Пусть девочка знает, что она не одинока в этом мире. Это прекрасно — ощущать, что у тебя есть на кого опереться. Жаль только, что она не имеет возможности отвечать на его письма. Ему бы очень хотелось знать, какие чувства они у нее вызвали. Единственное, в чем он был абсолютно уверен, так это в том, что она никому не проболтается.
Он поднялся и в третий или четвертый раз поглядел на часы. Они показывали ровно десять. Куда же подевалась Мэрион? Ведь она обещала вернуться, как только приготовит завтрак для четы Бентли. Он уже налил кофе в термос и предвкушал совместную прогулу. А что если Мэрион переехать к нему, тогда ей не надо будет оставаться в горничных у Бентли. Они люди милые, но уж больно допотопные. А что он может ей предложить — в перспективе? Много чего. Почти все. Вопрос только в том, захочет ли такая честная девушка, как Мэрион, жить с человеком, который признался, что он никакой не писатель, а авантюрист, разбогатевший на азартных играх, и который рано или поздно случайно проговорится, что это не вся правда. Линда Фэй на такую наживку наверняка бы клюнула (как это в свое время случилось с Кари), но Мэрион сделана совсем из другого теста.
За углом дома он едва не столкнулся с антикваром. Как и обычно по воскресеньям, Бентли был одет в костюм, который скорее всего мог сойти за охотничий, хотя в жизни он не убил даже мыши.
— А, это вы, мистер Смит. Извините за беспокойство.
— Напротив, очень рад вас видеть. Прекрасная погода, не правда ли?
— Великолепная. Гм… смею ли я спросить вас, не побывала ли у вас Мэрион со своим обычным визитом.
— Да, — улыбнулся Мортен. — Побывала. Как обычно.
— В таком случае, вероятно, она еще здесь?
Мортен вмиг похолодел:
— Нет. А что-то случилось?
— Надеюсь, ничего страшного. Когда она покинула вас, мистер Смит? — спросил Бентли со строгим, словно у следователя, выражением на лице.
— Около трех часов назад. Мы договорились, что она вернется. И собирались…
— Три часа назад? — прервал его Бентли. — Моя жена слышала, как Мэрион выходила из дому рано утром. С тех пор мы ее не видели.
Собеседники обменялись долгими, тревожными взглядами.
Если бы Фрэнк знал, что в Рэттлбоун коттедж никого не будет в течение нескольких часов, когда антиквар Бентли и писатель Уильям Смит отправятся обыскивать территорию между усадьбой и поселком, он бы, несомненно, воспользовался случаем — проник в спальню и завладел лежащим в шкафу заветным чемоданчиком. Но Фрэнк, разумеется, не мог предвидеть, что поэт покинет свое пристанище. И потому вместо Рэттлбоун коттедж отправился в Малмсбери. Зайдя в телефонную будку, он вторично позвонил в Бристоль.
— Чарли, выходит, еще не вернулся с попойки?
— Нет, я же говорю.
— Когда придет, передай ему, чтобы не отлучался от телефона.
— От кого передать привет?
— От Деда Мороза.
Фрэнк вышел из будки. По другую сторону маленькой площади остановился туристический автобус, из которого высыпало штук пятьдесят старичков-пенсионеров, расположившихся вокруг своего гида — молодой толстухи в голубом костюме. За неимением более интересных занятий Фрэнк подошел поближе. И, пристроившись в тени располагавшегося в центре площади открытого каменного восьмигранника, увенчанного резным шпилем, прислушался к голосу экскурсоводши.
— Малмсбери, по-видимому, является старейшим избирательным округом в Англии и, определенно, одним из тех наших городов, где раньше других появились церковь и ярмарки. Великолепный старый торговый крест, — она указана на сооружение, возле которого стоял Фрэнк, — свидетельствует, что колокола звонили не только затем, чтобы привлечь прихожан в церковь, но и в знак открытия ярмарки.
Не могла она, что ли, о чем-нибудь другом рассказать — Фрэнку показалось, что все это стадо старперов скорее вылупило глаза на него, чем на исторический памятник. Да и экскурсоводша — тоже, будто эта идиотка втюрилась в него прямо на месте. Он на собственном опыте убедился, что у многих баб появляется слабость в коленках, стоит им в первый раз взглянуть на него. Однако ему вовсе не улыбалось быть предметом внимания со стороны этой стервы в голубом. К сожалению, она слишком мало походила на Сьюзен, чтобы у него появилось желание ее придушить. Наконец экскурсоводша повернулась и показала рукой в противоположном направлении.