- Да уж! - вздохнул я при этих словах и после небольшой паузы уточнил: – И какие члены были самыми длинными?
- Из тех, что видела я – 24 сантиметра, а одна наша врачиха утверждала, что видела парня с 26-сантиметровой дубиной, причем она была такой толстой, что действительно напоминала дубину.
- Виктория, Вы же в то время были молодой девушкой, неужели Вам совсем не было стыдно за свои действия?
- Стыдно? Да нисколько! Во-первых, подобное я уже это делала у некоторых врачей, чаще всего у хирурга. Там мы и члены осматривали, и яички ощупывали, и вопросы интимные задавали. Хирург мне тоже дал понять, что с эрекцией осмотры проходят веселее. Вот я там и напрактиковалась вдоволь. А во-вторых, у нас на призывной ещё и покруче дела происходили. Так что возбуждать парней для меня было довольно простым и привычным занятием. И уж конечно никакого стыда я при этом не испытывала.
- Интересно, и какие же еще дела там происходили? Тем более, как Вы выразились – «покруче» провоцированных эрекций. Продолжайте, мы Вас внимательно слушаем.
Глава 4. Серьезный аргумент и новые подробности
После этого вопроса Вика замолчала, немного про себя поразмыслив, а потом как-то задумчиво сказала:
- Думаю, вам лучше об этом не знать. Кажется, я и так вам рассказала слишком много.
- А я думаю, - тут же возразил ей Виктор, - Вам лучше рассказать всё. Напомню, именно для этого мы здесь и собрались.
- Хорошо, может и расскажу, но сегодня.
- Нет, Виктория, сегодня! Мы настаиваем.
Она внимательно взглянула ему в глаза и слегка ухмыльнулась.
- Хм, у вас что, есть для этого серьезные аргументы?
- Есть.
И тут Виктор удивил меня еще раз. Из своего пиджака он быстро достал какое-то удостоверение, развернул его и поднес к Вике поближе.
- Разрешите еще раз представиться: Строгов Виктор Николаевич – следователь областной прокуратуры.
Почти на минуту за столом воцарилась тишина, после чего женщина, немного отойдя от легкого шока, сказала:
- Ну и что следователь! У Вас ко мне есть конкретные обвинения?
- Есть. Я обвиняю Вас в превышение служебных обязанностей, в намеренном унижении и в совершении развратных действий по отношению к лицам, проходящих медосмотр в военкомате. И это все подпадает под статью уголовного кодекса, предусматривающую довольно суровое наказание.
- Знаете что, если Вы даже сможете это доказать, то все равно не имеете права меня преследовать, поскольку срок давности по данным преступлениям уже давно истек.
- Ого! Вы читали уголовный кодекс? Что ж, в этом вы правы. Но ведь наверняка Вы этим не ограничились. Неужели работая урологом, Вы вели себя в рамках закона, имея до этого столь непристойный опыт. Не поверю! И выяснить это будет не сложно, достаточно будет опросить ваших пациентов. И ведь по свежим Вашим провинностям срок давности еще не наступил.
- Вот когда у Вас на этот счет будет что-то конкретное, тогда и поговорим. А сейчас, прошу извинить, но мне пора…
И наша собеседница встала из-за стола.
- Подождите, Виктория. Ещё всего лишь один вопрос. Скажите, вот вы много лет проработали медсестрой, а потом вдруг стали врачом. Как это произошло?
- Как? Также как и у всех: закончила институт, получила диплом врача.
- И когда это было?
- В середине девяностых годов.
- А как же вы могли его закончить, если все это время продолжали работать в больнице? Ведь в медицинских институтах нет заочного отделения.
- Зато там есть вечернее, вот на нем я и училась.
- Нет, Виктория Васильевна, Вы не учились в мединституте ни днем, ни вечером. В нашем институте нет ни одного упоминания о Вас, а в иногородних Вы тем более не могли учиться. Значит, диплом Вы купили! Где и когда нам пока еще неизвестно, но мы это конечно выясним. А фальсификация служебных документов – это преступление, предусматривающее наказание в виде лишения свободы. Так что выбирайте, либо Вы рассказываете все, что нас интересует, либо будете общаться с прокуратурой в официальном порядке.
И опять довольно продолжительная пауза, после которой женщина снова села в кресло, с явным волнением достала сигарету, закурила и покорно сказала: