– Умоляю. Она и так меня достала на учебе! Как ты не можешь понять, что я не виноват, что ей нравлюсь я.
– Не могу понять. Я бы знаешь что?
– Что? Выцарапала ей глаза? – предположил он.
– Да, – ответила она.
– Ты жестокая, Вика!
– А нечего на чужых парней вешаться.
– Я рад, что она далеко сейчас. От тебя.
– Ну, вот – ты ее уже защищаешь, так?
– Викусь, хватит! – прокомандовал он. – Я люблю только тебя. Люблю. Люблю. Люблю.
– Продолжай…
– Люблю! Люблю! Люблю! Люблю! Люблю! Люблю! Люблю!!!
– Ладно, верю, – сказала она и засмеялась.
– Когда ты уезжаешь? – вдруг спросила она.
– У меня остался ровно час. Только час для того, чтобы проститься с тобой.
– Я тут подумала…
– О чем?
– Помнишь, мы две недели назад… ну, в общем… в амбаре… целовались, ласкали друг друга…
– Помню. Было хорошо.
– Да, было приятно, – согласилась она.
– Ты хочется повторить? – спросил он.
– Да. Только вот я боюсь, что не смогу вовремя остановиться и случайно наделаю глупостей. Ты понимаешь?
– Понимаю.
– Мы ведь еще не готовы, правда?
– Наверное, нет, – с сомнением отвечал Домовой. – Будет неправильно, если мы сделаем это.
– Ты прав. Это неправильно. Тогда может быть, на прощанье поласкаем друг друга губа… – Виктория не успела договорить, так как он ее поцеловал.
Когда он ласкал ее тело, она прогибалась словно змея, плавая в реке удовольствий, издавая стоны от прикосновений к чувственным зонам.
– Домовой, я хочу тебя, – вдруг сказал она.
– Что? Ты хочешь заняться сексом?
– Я не хочу заниматься сексом, я хочу заняться любовью с тем, кого люблю, – ответила она.
– Ты уверена?
– Да. Я люблю тебя.
– А я тебя.
Он вошел в нее. Это было больно и далеко неприятно, как ласки ее клитора. Его член пронзал ее тело, словно острый нож, а из раны бежала кровь вместе с которой утекала ее невинность.
Через минуту все закончилась. Домовой, тяжело дыша, повалился на нее и уснул. Она гладила его волосы, глядя на потолок и думала, что сделала правильный выбор. Лучше с ним, с лучшим другом, нежели с кем-то другим, по ошибке.
***
– Виктория!
– Да?
– Подождите минутку, мне нужно с вами кое-что обсудить.
Виктория остановилась, к ней подошла пышногрудая особа в кокетливом хлопком платьице в горошек. Виктория посмотрела в ее большие глаза и увидела на роговице несвойственный для людей буро-розоватый оттенок в середине и ярко-голубой по краям. У нее были коротко подстрижены волосы, а римский нос, пухлые щеки и бледно-розовые губы соседствовали с красными гнойными прыщами и черными угрями.
– Привет, – поздоровалась она с Викторией. – Меня зовут Элизабет. Или Лиза.
– Добрый день, Элизабет! Очень приятно познакомиться. Меня зовут Виктория, но это для вас уже не секрет. Вы что-то хотели от меня?
– Да. Поговорить, – ответила она.
– Я вас внимательно слушаю, Элизабет.
– Только не здесь! И не сейчас!
– Почему? – спросила Виктория.
– Потому что в школе слишком много стен и ушей. Этот разговор касается того с кем, вы, Виктория, общались на протяжении многих лет; кем вы дорожите больше всего на свете. Понимаете, о чем я?
– Не понимаю, – ответила Виктория и недоверчиво посмотрела на нее, как на искусную обманщицу. – Кого вы имеете в виду? У меня много друзей.
– Не надо обманывать и себя, и меня. С вашей стороны, это неразумно. Мы обе понимаем о ком идет речь. Как и знаем, что у вас много товарищей и завистников, а друг только один. Если вам будет интересно, приходите в семь часов вечера к школьному полисаднику. Я вас буду ждать.
– Но…
– Я буду ждать вас, Виктория, до семи тридцати, – перебила ее Элизабет, – если вы не придите, я уйди и больше вас никогда не побеспокою. Уверяю! Если же соизволите придти, значит, вы узнаете то, что оставалась для вас загадкой многие-многие годы, прожитые с ним.
– Я…
– Не надо делать поспешных выводов. Подумайте о том, что я вам сказала. Я надеюсь, что вы примите верное решение, Виктория. А сейчас, до свидания.
– До свидания, – сказала Виктория, глядя, как исчезает призрачный силуэт фигуру в длинном, темном коридоре школы.
– С кем это ты ща говорила? – спросила у нее Анастасия: она училась с Викторией в одном классе. Она была облечена в яркую, разноцветную одежду: в красную майку, облепленную маленькими круглыми значками, на которых было написано «Я – крутая чувиха!», «Настька!», «Школа – это все, но не мое!», в зеленые, изодранные на коленях джинсы со сверкающими стразами на коленях и в новомодных кроссовках с амортизаторами голубого цвета.
– Что? – переспросила Вика.