Резко поднявшись, я посмотрела в ту сторону, откуда предположительно прилетела стрела. Оттуда ко мне кто-то приближался.
Это мужчина, и он мне совершенно точно не знаком, но, судя по едкой ухмылке, его это не смущает. — Нечасто встретишь в таком месте столь прелестное создание, ты заблудилась? Я могу тебе помочь, если ты, конечно, хочешь. Моё имя Гилберт, а твоё?
Говоря всё это, Гилберт продолжал приближаться ко мне.
— Не обессудьте, Гилберт, но я не ищу знакомств, ровно как и провожатых. Так что не сочтите за грубость, заберите свой трофей и покиньте меня.
В животе, словно назло, вновь проснулся чужой. Передо мной, похоже, оборотень, так что в его слухе сомневаться не приходится — всё услышал.
— Ты выглядишь довольно молодо, сбежала от родителей? Бунтарский дух и всё такое? Понимаю. — Я ни от кого не сбегала, впрочем, можете думать, как хотите, повторю лишь: идите своей дорогой, пока у вас ещё есть такая возможность.
— Охохохо, что это было? Хотела показать мне зубки? Очень мило. Только вот… — очень резво этот Гилберт подошёл совсем вплотную ко мне, сжал мою шею так, что в попытке хоть как-то сохранить возможность дышать, я встала на носочки. Он сильно больше меня — совсем не дальновидно. — Это он уже прорычал мне в лицо.
— Я пока очень добрый, тебе самое время пытаться со мной договориться, — облизав острые зубы, он продолжил, — а то кто знает, что может случиться, хахаха.
Вторая ипостась, похоже, хищная, даже не знаю, чем конкретно он мне грозил: тем, что надругается, или тем, что сожрёт вместе с костями. Вот только, увидев меня, он, должно быть, решил, что я нимфа лесная.
— Да только как бы не так, — прохрипела я, достав из потайного кармана свой нож и, не церемонясь больше ни мгновения, воткнула его куда пришлось, попала в левую ногу. Не выпуская ножа из рук, замахнулась снова, уже целясь в руку, которая продолжала сжимать шею.
— Аагрх, дрянь ты чёртова! Я освежую тебя, как зайца, чёрт, — оборотень, явно неожидавший от меня такого отпора, старался сдерживать оставшейся целой рукой кровь, что обильным потоком лилась как из ноги, так и из руки. Но эффекта от таких танцев с бубном не было.
— Я ведь сказала тебе отвалить, не вини меня в том, что ты такой идиот. Считаешь, если я женщина, я не смогу выпустить тебе кишки? Очень зря, щенок.
Перехватив нож поудобнее, хоть он и норовил выскользнуть из руки, потому что она вся была в крови этого парня, я готовилась атаковать снова.
— Только сунься ко мне снова, — не знаю, какое у меня было выражение лица, но больше он не улыбался. И только я понадеялась, что этого ему будет достаточно, как стала замечать, что он начал трансформироваться.
Да ты, должно быть, издеваешься…
Строя мосты: Искусство завоевания доверия детей.
Артур.
Последнее, что я запомнил чётко, это то, как кричала Виктория.
Она всё звала Кадзу, странно, он же пошёл за ней, разве они не встретились?
Дальше помню, увидел женщину, выглядела она странно, в моменте даже отталкивающе, так нездорово она смотрела на моего друга, да и он не сводил с неё взгляда. И ещё почему-то она была на руках у нага.
- С чего это такая честь? И почему Ви не с ним? - произнес я, полушепотом, но лис, стоявший совсем близко, услышал меня, и закивал головой, соглашаясь.
Они быстро приближались, и вот эта синеволосая… а собственно, кто? Не могу понять её расы, может, тоже чья-то смесь.
В общем, не успев слезть с одних рук, она быстро метнулась к Вишне, он сначала постарался уклониться, но после резко, будто потеряв силы, зашатался, и улыбнулся. А после стрелой эта дама кинулась и ко мне, и дальше я помнил только глаза моей чудесной Эсдес. Моей? Почему? Никак не могу вспомнить, когда она успела стать моей. Но разве есть теперь до этого дело? Ведь сейчас я наконец могу быть с ней, касаться её, слушать её голос, смотреть в её прекрасные синие глаза.
Синие? Странно, я готов поспорить, что раньше хотел видеть глаза цвета стали, или не хотел? Разве я видел такие глаза когда-то? Неважно, уже ничего не важно.
Отныне всё наше время и внимание занимала лишь Эсдес, казалось, что мы в каком-то мрачном, тёмном месте, и только она может скрасить наше пребывание там. Мы будто стали одним целым, а стоило разлучиться хоть на час, и сразу начинало казаться, что что-то произошло, что что-то не так, появлялось беспокойство, сложно было сидеть на месте или заниматься чем-то. Обычно больше чем на час мы не расставались, кроме одного-единственного раза. Собственно, после этого я и стал подозревать, что всё, что происходит, это не взаправду.