«Клуб юных мечтателей», — Артур уже дал в голове определение, характеризующее для него это собрание начитанных подростков, где явно солировал принц. Талантливый, умный, у него получалось всё, за что бы он ни брался, он превосходил всех своих сверстников, да и не только сверстников — и в этом крылась страшная угроза. Он не воспринимал критику, не сердился на споры, но продолжал оставаться при своём мнении, даже если оно было ошибочным. Не умел приспосабливаться, так как не знал поражений и, рождённый в правящей семье, не мог их узнать. Слушал советы, но пропускал их мимо ушей, особенно если они расходились с его видением. Вера принца в свою избранность и собственную исключительность была незыблема и подпитывалась окружающими его людьми.
К концу вечера начало накапливаться жуткое раздражение и даже злость — очень хотелось кого-нибудь смачно шваркнуть башкой об стол. Но бывший паладин железной волей держал этот порыв в узде. Пустой и бесполезный поток слов внимательно анализировался. Бессмысленные разговоры о философии, поэзии и живописи давали исчерпывающую характеристику — по ним можно было понять взгляды, характер и мировоззрение наследника престола, который в будущем будет определять политику всего континента. И то, что Артур видел, ему не нравилось: принц напоминал ему тех самых страстных реформаторов, после которых обычно оставалась выжженная земля.
Когда Рейгар в очередной раз порекомендовал Артуру попробовать какой-то соус, сделанный его поваром по особому рецепту, в разговор внезапно вступил лорд Челстед.
— Приправы, наверное, не так часто попадают на стол лордам Дорна? — Голос лорда звучал обыденно, вопрос прозвучал как-бы между делом.
— Увы, у нас в горах они ещё более редки, чем в пустыне, — кивнул Артур и сделал вид, что сосредоточился на соусе.
— Прошу прощения, не хотел вас обидеть, сир Артур. Мне, как мастеру над монетой Семи Королевств, просто интересно, как живут подданные нашей короны даже в самых её дальних уголках. — Слова лорда Челстеда содержали глубокий смысл: Дорн долго не покорялся короне, и его лояльность всё ещё вызывала сомнения.
— Мы добрые, но, к сожалению, не самые богатые подданные короля, — Артур печально улыбнулся. Мастер над монетой кивнул — диалог завершился.
Вечер, между тем, тоже наконец подошёл к своему завершению. Артур тепло попрощался с принцем, который остался весьма доволен гостем, но, похоже, не рассматривал его как кандидата в своё ближайшее окружение. Что полностью соответствовало планам бывшего паладина. В будущие политические игры наследника престола он категорически не желал вступать. Косвенно присутствовать, изучать, знать, куда подует ветер, — это да, этого он хотел. Именно поэтому был выбран образ обычного, пусть даже чуть более начитанного молодого лорда Семи Королевств.
— Ваше Высочество, мой принц, спасибо за незабываемый вечер, — Артур вновь глубоко, строго соблюдая этикет, поклонился Рейгару. Затёкшая спина в этот раз едва согнулась.
— Вам спасибо, уважаемый сир Артур. Я дам распоряжение, чтобы вас свободно пропускали во внутренний двор замка, можете приходить и оттачивать свои рыцарские навыки, это будет полезно как вам, так и молодым оруженосцам, возможно, в будущем мы подберём для вас соответствующую вашим талантам должность. Разумеется, в случае если вы не будете против. Прощайте, мой друг, — в голосе принца не было ни разочарования, ни сильного интереса, Артур был определён как полезный в будущем искусный воин, не более того.
Перед уходом на периферии мелькнул полный подозрения белёсый взгляд лорда Челстеда. Он ничего не сказал, только проводил Артура глазами — но этого было достаточно, чтобы бывший паладин мысленно взял этого человека на заметку.
На выходе из комнаты две пары бледно-голубых глаз вновь скрестились. В принципе, Артур был бы не против кого-нибудь сегодня убить — настроение было соответствующим. Группа малолетних мечтателей во главе со своим принцем, безосновательно возомнившим себя чуть ли не мессией, и мастер над монетой, явно строивший какие-то свои планы, жутко утомили его. На протяжении всего вечера приходилось подбирать каждое слово, требовалась разрядка. К сожалению, Белый плащ для этого подходил меньше всего. Отвернувшись от сира Барристана, Артур последовал за Дейном на выход.
Молодой оруженосец на протяжении всего пути к бронзовым воротам косился на своего родственника и наконец, не выдержав, спросил: