--
Солнце ещё не село, а улицы Блошиного конца уже начали наполняться движением. Люди Живодёра стягивались к пустырю, где назначили встречу Острым топорам. Хорошо вооружённые, прошедшие не через одну резню головорезы совсем не прятались. Напротив, они шли открыто, скалились и громко кричали, подбадривая друг друга, при этом весело поигрывая клинками. Кто-то прикладывался к фляге — Живодёр не мешал, пусть мясо станет чуть храбрее. У непосредственно окружавших его людей были суровые, полностью сосредоточенные на предстоящей резне лица. Тела защищали кольчуги, в руках они держали заточенные короткие и длинные клинки, у некоторых были щиты, у других во второй руке блестели кинжалы. Шедший чуть позади десяток был вооружён арбалетами. Все эти парни были его главной ударной силой, и в предстоящем исходе боя он не сомневался.
Пустырь представлял собой выжженный пятачок между двумя кварталами. Год назад здесь сгорела небольшая суконная мастерская — с тех пор на пепелище ничего не строили. Обгоревшие балки торчали из земли, как рёбра огромного дохлого зверя. По краям пустыря громоздились развалины — брошенные дома с пустыми окнами. Ветер завывал, солнце пекло, две банды застыли напротив друг друга.
Острые топоры уже ждали. Около трёх десятков людей стояли плотной группой недалеко от центра пустыря. Выглядели они намного хуже Мясников: из оружия — кинжалы, топоры и заострённые копья, кольчуг практически не было, из защиты только грубо сколоченные доски, заменявшие щиты. Но в их глазах, пристально буравивших врагов, горела смертельная решимость. Сегодня они пришли дать свой последний бой. Впереди стоял сам Сэм — светловолосый, широкоплечий, с огромной бычьей шеей. Он единственный был облачён в простую ржавую кольчугу поверх застиранной рубахи. В правой руке он сжимал свою знаменитую булаву с навершием из семиконечной звезды, а в левой — небольшой круглый щит. Металл тускло блестел в закатном свете. Рядом с ним стоял неизвестный в тёмном плаще и глубоком капюшоне. Глаза Живодёра резко сощурились — в руках неизвестный держал странный лук с наложенной на него тяжёлой стрелой.
Живодёр вышел вперёд.
— Так это был ты, Сэм, всё-таки ты, проклятая отрыжка преисподней! — крикнул он, глаза блестели от ярости. — Ты перешёл черту, я выпотрошу тебя как рыбу, засыплю солью и повешу в центре твоего же квартала. Ты станешь вечным напоминанием, пугалом Блошиного конца!
Над пустырём установилась звенящая тишина, нарушаемая только порывами ветра.
— Вы все! — обратился Живодёр к окружавшим Святого людям. — Мне не нужна лишняя кровь, бросьте оружие, встаньте на колени и уйдёте отсюда живыми. Мне нужны только эти двое выродков.
Наступила пауза. Через некоторое время из стоявшей напротив толпы послышались крики:
— Почему бы тебе не отсосать нам всем, может, тогда мы отпустим тебя?
— Я тебе усы отрежу, вместе с твоими тухлыми губами.
— А я член с яйцами.
— Да там и резать-то нечего.
Святой внезапно поднял руку, и его люди затихли.
— Ты и твои псы, Билл, сегодня будете держать ответ перед Семерыми. Вы окончательно озверели в своей злобе, и Единый, наконец, послал своего посланника. Сегодня мы положим конец всем вашим греховным деяниям. С нами Семеро!
— Семеро? — Живодёр расхохотался. — Сегодня вы все здесь сдохнете, а вашими останками будут пировать бродячие псы. Слушайте все! Я запрещаю хоронить этих поганых выродков.
Внезапно фигура в тёмном плаще вскинула лук и выстрелила, но Живодёр успел поднять щит и с удивлением отметил, что крепкое дерево слегка треснуло. Звук эхом отдался на выжженном поле будущего сражения, послужив сигналом к началу резни. Билл отступил под защиту своих людей и махнул рукой, давая безмолвную команду. Вперёд вышли арбалетчики, но, не успев вскинуть оружие, один из них осел, получив стрелу в горло. Через секунду они дали залп — один болт угодил в щит Святому, другой бессильно чиркнул по спрятанной под одеждой кольчуге неизвестного. Остальные нашли свои цели, послышались крики и ругань. Тем временем лучник не терял времени — пока арбалетчики перезаряжали, он успел выстрелить ещё четыре раза, и каждая тяжёлая стрела находила свою цель.