— Да, — Артур обернулся, подозвал Сюзан, заказал себе еду и вино, после чего продолжил: — Через пару месяцев вы получите людей, которые помогут решать мелкие вопросы в городе, я получу необходимые мне рабочие руки, Золотые плащи продолжат получать свои монеты, всё как и договаривались. Проблем не будет?
— Если всё будет происходить так, как вы говорите, то нет, интересы всех заинтересованных сторон скрупулёзно соблюдены, — улыбнулся сир Гвейн. — Главное, чтобы новые хозяева Блошиного конца не начали чудить. Сами понимаете, успехи часто кружат голову. Особенно черни.
— Если подобное произойдёт, я решу вопрос. Радикально, — глаза молодого лорда холодно блеснули.
— Значит, надеемся на вас и на вашу ответственность, — допив кубок, сир Гвейн поднялся и напоследок предупредил: — Возможно, в скором времени вас вызовут к лорду Деснице, не увиливайте, расскажите всё как есть. Завтра я лично доложу о произошедшем в городе. Порядок — это главное, что интересует Хранителя Запада, не подведите моего доверия, иначе нам обоим не поздоровится. Доброй ночи, господа.
— Я понимаю. Всего хорошего, сир Гвейн, — Артур кивнул Белому плащу, осознавая, что теперь ходит по острию ножа.
— Я считаю, что тебе нужно выпить, снять шлюху и хорошенько её отодрать, — проводив глазами Белого плаща и поглядев на смурное лицо Артура, произнёс сир Джофри.
— Не думаю, — молодого лорда аж передёрнуло от воспоминаний, — но похоже, нажраться действительно не помешает.
— Чем мы и займёмся, — сир Джофри весело поднял кубок над головой. Вино плеснулось через край, оставив на столе тёмную каплю.
Через некоторое время к ним присоединился сир Алрик. Они продолжили пить вино, закусывая цыплёнком и овощами. Сир Джофри неумело шутил, уже выпивший сир Алрик добродушно посмеивался, Артур сосредоточенно пил. Наконец, вместо привычной Сюзан, кувшин вина принёс Гарри. Поставив его на стол, он немного постоял, а затем обратился к молодому лорду:
— Я слышал, что произошло. — Сделав небольшую паузу, он продолжил: — Как умер этот выродок?
— Как бешеная псина, — глаза Артура покраснели, он влил в себя довольно много вина, обычные хладнокровные черты лица непонятно исказились, лицо вытянулось. — Сейчас Живодёра доедают его собратья-падальщики. Ты не находишь это забавным?
— Нет, — уходя, буркнул Гарри, его руки слегка подрагивали, а плечи приподнялись. — Собаке собачья смерть.
— Метко подмечено, — Артур внезапно громко рассмеялся. Сир Алрик при этом едва не подавился вином, после чего с беспокойством посмотрел на наследника.
— Он не всегда был таким, — Сказал сир Джофри, глядя вслед уходящему Гарри. — Он был самым честным стражником города, помогал людям, пытался что-то исправить. Меня он вытащил с рынка, где я мальцом воровал кошельки. Умение владеть оружием, мой первый наставник — сир Бэрри, всё это благодаря ему. — Он залпом допил кубок и продолжил: — Смерть жены, страх за дочь, мирная жизнь, таверна — всё это изменило его.
— Он просто стал человеком. Честным человеком. Роскошь, которую мы, брат мой, позволить себе не можем, — Артур скривился и последовал примеру рыцаря, залпом влив в себя вино.
Они продолжили пить, через некоторое время Артур начал оглядываться по сторонам — ему стало скучно. Неофиты уже ушли спать, в таверне было пусто. Свечи оплывали, тени на стенах дрожали.
— Ты что-то там говорил про бордели? — обратился он к сиру Джофри. — Они, надеюсь, работают по ночам?
— Круглые сутки, мой друг, круглые сутки, — пьяно отозвался рыцарь, икнув.
— Может, лучше спать? — сир Алрик слабо попытался вразумить наследника.
— Тогда чего мы ждём, — Артур поднялся, проигнорировав старого рыцаря, алкоголь в крови требовал движения. — Может, хоть там повеселимся. Выдвигаемся.
— Вперёд, — слегка пошатываясь, встал сир Джофри. Стул под ним скрипнул.
— Да блять, — в сердцах выругался сир Алрик и, кряхтя, тоже начал подниматься. Отпускать этих демонов одних было нельзя.
Глава 33
Вестерос. Королевская Гавань. 272 год от З.Э.
Утро было серым, как пепел, и таким же холодным. Ночью прошёл дождь, и теперь сырость хлюпала под ногами, а ветер пробирал до костей. Голова гудела, в горле пересохло, а внутри сидела пустота, которую он пытался залить вином, а потом заполнить женщиной. Ни то, ни другое не сработало. Пустота стала только глубже, чёрной и бездонной, словно колодец, в который он падал каждую ночь во сне и никак не мог долететь до дна.