Церемония наконец завершилась. После ухода короля лорды тоже начали расходиться. Артур задержался, задумавшись о том, какие разные и в то же время одинаковые все эти властные смертные. И что случилось бы с архиклириком, не будь за его спиной Светлого совета и могучего Ордена. За Тайвином же стояли только его дрессированные собачки в красных плащах, но его так-же сопровождал холодный и безупречный разум.
Будущее молодому лорду казалось мрачным и неопределённым.
— Идём, — тихо сказал сир Алрик. — Завтра турнир. Нужно отдохнуть.
Артур кивнул и направился к выходу. Сегодня он получил всё, за чем приехал — и даже больше: бесценную информацию о том, как устроена власть в Семи Королевствах. И это понимание ему сильно не нравилось. Необходимо было ускорить выполнение планов.
--
Суд Светлого совета проходил буднично. В большом Соборе Правосудия, где каждую неделю по очереди заседали магистры, всё было как обычно: тихо, светло, спокойно. Сотни лет здесь ничего не менялось. Белые стены, светлые каменные колонны, высокие узкие окна, а между ними — огромный портрет первого гроссмейстера, холодно взирающего на обвиняемых.
Помещение олицетворяло закон и железный порядок Ордена. Вдоль стен замерли паладины-трибуналы — алые плащи с золотой вышивкой, накинутые на тёмные адамантовые доспехи. Их лица были закрыты затемнённым стеклом. В конце длинного узкого зала, на кресле с высокой спинкой, сидел единственный судья — в белоснежном плаще и сверкающей светозарной броне, его лицо было открыто. Правосудие в этом зале было чётким и давно отработанным ритуалом.
Перед креслом стоял худой, измождённый временем и страданиями мужчина. Единственный, кто источал здесь запах — пота и нечистот. Его голова была обрита наголо, на лице проступали кости черепа, но впалые болезненные глаза продолжали сверкать неукротимой яростью. Он не был сломлен — ни пытками, ни огромным сроком заключения.
— Подсудимый Фесс Клейтон, — Маркус потянул затёкшую шею. — Твой тёмный источник уничтожен, твой род уничтожен. Прими в себя Свет — и он дарует тебе искупление. Твоя душа очистится, а страдания закончатся. Упорство же приведёт в вечную тьму. Сбрось оковы лжи, покинь этот мир достойно.
— Ложь — всё, что ты говоришь, — Фесс сплюнул на белый мрамор. В глазах горела ненависть. — Род Росс, выродки. Верен буду до конца.
— Я знал, что ты так скажешь, — Маркус кивнул, отдавая дань уважения преданности и смелости подсудимого. Впрочем, из пограничного княжества Росс такими были едва ли не все. Выбить информацию из местных чернокнижников было чрезвычайно сложно. Кровавая война с ними длилась уже давно. Россы проявляли невиданное упорство: уходили в леса, били из засад, активно практиковали чёрную магию.
— Суд Света завершён, приговор утверждён, — Маркус дал знак паладину-трибуналу, стоявшему с длинным узким клинком. — Омойте зал Света кровью нераскаянного преступника. Мне жаль твою заблудшую душу.
— Нет, не жаль. Ты даже не знаешь, что это такое, тварь… — Фесс не успел договорить. Из его горла вышел кусок узкой стали. Подошедший сзади палач быстрым и точным движением проткнул шею. Кровь брызнула на пол, чернокнижник упал лицом вниз, дёргаясь в конвульсиях. Вскоре тело сожгут, а белый мрамор тщательно отмоют. Собор будет ждать очередного преступника. Всё как всегда.
Температура в помещении начала резко падать, откуда-то повеяло жутким холодом. Внезапно тело зашевелилось. Стоявший рядом паладин-трибунал стёк кровавой лужей — как и все прочие его коллеги у стен. Белый мрамор быстро окрасился в красный цвет, кровь залила пол. Глаза трупа распахнулись. На Маркуса — теперь уже Артура — уставились клубящиеся чёрным дымом глаза.
— Виновен, — пророкотало существо. Потусторонний голос отразился от стен, создавая жуткое эхо.
— Чего тебе надо? — На лице Артура не дрогнул ни один мускул. Он продолжал холодно смотреть на воскресший труп. Это был уже не сон. Воспоминание обрело плоть и стало видением.
— Искупление.
Существо указало куда-то за его спину — туда, где висел портрет первого гроссмейстера. Артур оглянулся. На большом холсте красовалось его собственное лицо — не Маркуса, а молодого лорда Виль.