Над костром повисла тишина. Каждый прокручивал в голове эту картину — юноша в простой кольчуге, идущий на закованного в сталь рыцаря. Слышно было только, как потрескивают дрова.
Корвин Стен, сидевший чуть в стороне, нарушил молчание:
— Он сказал, что научит нас.
Все повернулись к нему. Сын Мойры смотрел в огонь, и в его голосе не было ни хвастовства, ни мечтательности — только упрямая решимость.
— Научит, — подтвердил Кирк уже без усмешки. — Если не сдохнете на тренировках. Он гоняет так, что вы ещё взвоете.
— Я выдержу, — Корвин поднял глаза. — Я хочу научиться так же.
— Все хотят, — зло отозвался Винни. — Вопрос — сможем ли.
Он не смотрел на Корвина, но всем было ясно, к кому обращены эти слова. Артур назначил их в пару, и Винни до сих пор не решил, что с этим делать.
Корвин ничего не ответил. Он смотрел на огонь и думал об отце — о том, как тот погиб в такой же деревне, от такого же рыцаря. Только тогда некому было выйти вперёд и убить его за три удара.
— Значит, сможем, — негромко сказал он наконец. — Другого выхода нет.
Винни помолчал, потом коротко кивнул. Не согласился — но принял.
Алекс, почувствовав, что напряжение нужно разрядить, хлопнул себя по коленям:
— Ладно, хорош о высоком. Орвин, расскажи ещё раз, как ты обоссался, а то новобранцы не расслышали!
— Да пошёл ты! — взревел Орвин, и костёр снова взорвался хохотом. Кто-то запустил в Орвина обгрызенной костью.
--
Артур сидел у другого костра, вместе с Алриком. Неофиты были предоставлены сами себе — сегодня они заслужили право на отдых и разговоры. Судя по взрывам хохота, доносившимся от их костра, Орвин снова оправдывался за мокрые штаны.
Капитан молча смотрел на пламя, и в его лице читалось то самое выражение, которое Артур уже хорошо знал: смесь усталости, упрямства и чего-то ещё, что Алрик не решался высказать вслух. Обычно он не решался. Но сегодня, кажется, был тот самый вечер. В огне треснуло полено.
— Говори, — произнёс Артур, не оборачиваясь.
Алрик хмыкнул — то ли усмехнулся, то ли выругался про себя.
— Ты снова рисковал собой. Поединок с рыцарем. Один на один. Если бы ты ошибся…
— Я не рисковал.
Алрик поднял глаза. Артур смотрел на него спокойно, без вызова.
— Я видел этого рыцаря в бою, — продолжил наследник. — Медленный, запыхавшийся, неуклюжий. Полный доспех — это сила, но и слабость. Он не успевал за мной. У него просто не было шанса.
— Ты мог ошибиться, — упрямо повторил Алрик.
— Мог. Но не ошибся. — Артур помолчал. — Ты же знаешь, я не бросаюсь в бой очертя голову. Я просчитываю. Всегда. Если бы я видел, что не справлюсь, я бы послал вперёд Дейла, и он расколол бы Годрика как спелый орех. Но я знал, что справлюсь. И ты это знаешь.
Алрик долго молчал, переваривая услышанное. Упрёк застрял где-то на полпути — потому что Артур был прав. Капитан сам видел, как юноша двигался в бою. Не как герой из баллады — как опытный воин, который точно знает, куда бить.
— Дейл признал меня не потому, что я лорд, — добавил Артур, глядя в огонь. — Он признал меня, потому что я вышел и сделал то, что должен был. Не приказом. Не стратегией. Собственным мечом. Эти люди идут не за титулом. Они идут за теми, кто сам ведёт в бой.
— И что будет, когда ты не вернёшься? — тихо спросил Алрик.
Артур повернулся к нему. Взгляд наследника был спокоен — никакого пафоса, никакой бравады.
— Я вернусь, — сказал он. — Я всегда возвращаюсь.
— Это не ответ.
— Другого у меня нет. — Артур чуть пожал плечами. — Я делаю то, что должен. А ты делаешь то, что должен ты. Мы оба на своих местах.
Алрик долго молчал. Потом медленно кивнул — не соглашаясь, но принимая.
— Знаешь, что сказал мне первый наставник, когда я попал в гвардию? — произнёс он наконец. — «Не лезь в герои. Герои умирают первыми. Будь тем, кто возвращается». Я пытался научить этому тебя. Не получилось.
— Получилось, — Артур чуть улыбнулся. — Просто у меня есть своё понимание того, что значит «возвращаться».
— Ты собрал этих мальчишек и дал им цель, — Алрик покачал головой. — Ты убил рыцаря Селми. Седьмое пекло, даже Дейл склонил перед тобой голову. Тебе четырнадцать лет. Что ты будешь делать, когда вырастешь?