Сир Миран явно нервничал: нога едва не запуталась в стремени, не с первой попытки сумел подхватить турнирное копьё. Его пальцы дрожали, когда он сжимал древко.
— Сир Миран Ворк, рыцарь дома Эролл, из замка Скирд! Герб — жёлтый стог сена на оранжевом поле! — Как только рыцари заняли свои места, герольд начал громко представлять участников. Толпа что-то неразборчиво прокричала, с нетерпением ожидая представления следующего участника.
— Сир Артур Виль, Рыцарь Дыма! Дом Виль, замок Виль! Герб — зелёная змея, кусающая ногу! — В этот раз голос герольда звучал куда более уважительно. Старик даже немного расправил плечи, выкрикивая его имя.
Неофиты тут же издали подхваченный толпой клич: «Рыцарь Дыма! Рыцарь Дыма!!!» Громкое прозвище, данное дядей лорда — сиром Лари, понравилось людям. Похоже оно прочно прилипло к Артуру.
Наконец, как только герольд зачитал правила поединка, рыцари тронули лошадей, выходя на сближение друг с другом. Нервозность всадника — сира Мирана — похоже, передалась и лошади: та набирала ход слишком вяло, испуганными глазами смотря на Черныша, который мчался во весь опор, выбивая копытами комья земли.
Наконец всадники встретились. Артур ловко отвёл щитом копьё соперника, который не сумел сделать того же. Нервный жеребец не смог выдать идеальную траекторию, а собственный страх — правильно или хотя бы твёрдо поставить щит. Копьё Артура с громким хрустом разлетелось — во все стороны полетели куски дерева и опилки, — и сир Миран, громыхая железом, рухнул на землю, подняв облако пыли.
Неофиты и гвардейцы Артура вновь восторженно закричали, но толпа в этот раз подхватила ликование вяло. Дыма не было — не интересно. Простолюдины разочарованно переглядывались: где же обещанное зрелище?
Отсалютовав сломанным копьём трибунам и толпе, Артур тронул коня в сторону лагеря, где его уже ждал сир Алрик.
— Честно говоря, выглядит более справедливо, чем предыдущий бой, — хмыкнул бывший воспитатель.
Артур безразлично пожал плечами. Справедливость в последнее время интересовала его мало — важен был результат. Правил он никаких не нарушил. Но беспокоило другое: от тёмного марева отчётливо разило чернокнижниками, которых бывший паладин ранее безжалостно истреблял. А ещё — очень странные мысли, которые пришли вместе с тёмной яростью. Это точно была не его ментальная активность. Он никогда не размышлял категориями мелкости смертных и собственного величия. Что-то вмешивалось в саму его суть. И это пугало.
Тем временем второй круг подходил к своему завершению. На ристалище продолжали ломаться копья, смешались рёв толпы, конское ржание и трёхэтажный мат участников. Сир Томас и сир Джофри также легко прошли своих соперников. Ноздри первого предвкушающе раздувались, когда он смотрел на своего выбранного соперника.
— Что там между ними? — Артур поинтересовался у сира Мориса историей конфликта между двумя рыцарями. Тот выбыл ещё в первом круге и казался ничуть этим не расстроенным — потягивал вино и наслаждался зрелищем.
— Точно не могу сказать. Когда-то они вроде бы были друзьями, — пожал плечами тот. — Поговаривают, что тут замешана женщина, но это всё слухи, общество любит такие истории.
— Ясно, — кивнул Артур. Точная причина, похоже, была известна только самим рыцарям, и они не спешили делиться ею со всеми. Впечатлительная высшая публика Вестероса, воспитанная на довольно специфических романах, с удовольствием вплетала любовь в любые, особенно конфиденциальные события.
Третий круг начался с кровавого столкновения двух рыцарей. Обломок копья проник под шлем и, пробив кольчугу, угодил прямо в шею. Неизвестно было, выживет ли участник турнира — над ним уже хлопотал мейстер, который что-то нетерпеливо кричал слугам. Кровь пропитывала песок, и запах её смешивался с запахом пота и лошадей.
Стоявший неподалёку Кирк нахмурился, почувствовав наконец, что турнир — это не просто развлечение. Он может потребовать и другую плату: кровь и смерть. Лицо парня посерьёзнело, словно он повзрослел на несколько лет за один миг.
— Нужно быть осторожнее, — тихо проговорил он, когда увидел, как мейстер, убедившись, что жизнь окончательно покинула тело, закрыл ладонью глаза рыцарю.
— Осторожность — это правило, которое необходимо соблюдать всегда, но продолжать непрерывно двигаться вперёд, — вбивая каждое слово, произнёс Артур, глядя на усопшего. Сир Алрик, скосив глаза на наследника, согласно хмыкнул.