Покачиваясь на сёдлах, оба всадника начали расходиться. Первым восстановил равновесие сир Джофри, у Артура перед глазами всё плыло — удар вышел чудовищным. Но где-то в глубине, в сужающей пространство сознания точке, вспыхнул ослепительный свет, рассеивая подступающий мрак. Артур коленями плотно обхватил Черныша и резко выпрямился, салютуя копьём сопернику. Тот застыл, шлем на голове чуть покачнулся — как будто всадник не верил своим глазам. По трибунам пронёсся изумлённый гул.
— Сир Артур Виль — победа! — громко провозгласил герольд.
Толпа взревела. Неофиты, гвардейцы, сир Алрик, сир Морис — все они уже перелезли через ограду и бежали к нему, размахивая руками, крича, смеясь. Кирк споткнулся и едва не упал, но даже это не стёрло с его лица широченной улыбки. Артур снял шлем, подставил лицо вечернему ветру и грустно осознал: в ближайшее время отдохнуть не получится.
Глава 19
Вестерос. Королевский лес. 272 год От З. Э.
— Венок для королевы турнира! — Когда эмоции и качание победителя немного улеглись, громко провозгласил герольд.
На столе лежал принесённый слугой венок, сплетённый из различных ярких цветов. Оседлав Черныша и приняв новое копьё, Артур подъехал к столу герольда и, не останавливаясь, кончиком оружия ловко подцепил украшение. Жеребец, отбивая копытами строгий ритм, погарцевал к трибуне.
Венок красиво балансировал на кончике копья, распространяя вокруг яркий и чрезвычайно приятный запах. Артур внимательно оглядел трибуны. Ранее он не особо обращал внимания на сидящих там женщин. Сейчас пытался определить — кого объявить королевой турнира и при этом никого не оскорбить. Сидящие на трибуне дамы вели себя по-разному: кто-то улыбался, кто-то краснел, а кто-то призывно стрелял глазками. Одна из них, пышногрудая брюнетка, даже подалась вперёд, словно пытаясь притянуть венок одним лишь взглядом.
Наконец, немного погарцевав перед трибунами, его взгляд встретился с некой юной девой, сидящей недалеко от лорда Грандисона. Та густо покраснела и отвела глаза, чтобы через секунду украдкой бросить взгляд ещё раз. Несмотря на юность, девочка выглядела прелестно: у неё были яркие, чётко выраженные голубые глаза, правильные, словно высеченные скульптором черты лица и белокурые локоны, волнами спадающие на плечи.
Артур принял решение. Дева была достаточно юна и в силу возраста наверняка не имела мужа. Абсолютно точно была достаточно высокого происхождения, раз сидела на одном из лучших мест — значит, такой выбор не оскорбит благородных. Черныш, повинуясь мысли всадника, приблизился к трибуне. Артур чётко выверенным движением опустил копьё, и венок на кончике оружия застыл прямо перед прелестным лицом юной девы. Та на мгновение замерла, не дыша.
Пунцовая от смущения, она осторожным, даже кротким движением приняла протянутый венок. Сидевший неподалёку, уже отошедший от поражения сир Микаэль, после окончания финала смотрел на Артура с нескрываемым восхищением и широко, дружелюбно улыбнулся, увидев, кому именно предназначался венок. На лице лорда Грандисона, как обычно, невозможно было что-то прочитать. Лишь слегка приподнятые брови среагировали на жест победителя — по всей видимости, он был удовлетворён. Его пальцы, до этого барабанившие по подлокотнику, замерли.
— Камила Грандисон, объявлена королевой турнира Живописного! — громко продекламировал герольд.
Народ на трибуне оживился: кто-то захлопал, некоторые подбадривающе закричали. Девчонка смущённо напялила венец на голову — он чуть съехал набок, но она этого даже не заметила. Артур спешился и, прижав руку к сердцу, поклонился новоиспечённой королеве турнира.
— Леди Грандисон, — звонко произнёс Артур. — Ваша красота сразила меня наповал, а ваш прекрасный образ навсегда отпечатался в моём сердце и, боюсь, будет сопровождать меня всю оставшуюся жизнь — забыть вас невозможно. — Слова отчего-то жгли горло, но их Артур почерпнул из прочитанных книг и строго придерживался этикета.
— Благодарю, сир Артур Виль, — едва выдавила из себя вконец застеснявшаяся девица. Её голос дрожал, а пальцы судорожно сжимали платок.