Тем не менее, в такой важный момент мне не следовало проявлять поспешность. Казалось, Ладлоу никоим образом не осуждал меня за эту отсрочку, он всегда хвалил меня за мою осторожность и предупреждал, чтобы я поступал обдуманно. В основном голова моя была занята мыслями об этом предмете, и посторонние занятия и развлечения редко отвлекали меня от них.
Однажды вечером, после того, как я целый день провёл у себя в комнате, я решил отдохнуть и прогуляться. В голове кружились воспоминания, по большей части связанные с жизнью в Испании. Я пошел по направлению к полям, погрузившись в воспоминания, и очнулся от них только тогда, когда прошёл несколько миль по дороге, ведущей к Миту. Уже приближалась ночь и стало темно, так как луна зашла. Я немного устал и к тому же ещё не решил, как мне поступать дальше. Я сел на поросшую травой скамью, стоявшую у дороги. Место, которое я выбрал, находилось в стороне от прохожих и было скрыто густой темнотой.
Прошло некоторое время, и я услышал шум приближающегося экипажа. Я увидел карету, запряженную шестеркой лошадей, кучера и форейтора, но не увидел огня, который освещал бы дорогу. Не успела карета миновать то место, где я сидел, как какой-то человек выскочил из-за живой изгороди на дорогу и ухватил передних лошадей за постромки. Еще один приказал кучеру остановиться и пригрозил прикончить его на месте, если он ослушается. Третий распахнул дверцу кареты и потребовал у седоков отдать их кошельки. До меня донесся крик ужаса, по которому я догадался, что в карете находилась женщина, которая охотно согласилась расстаться с деньгами, но сохранить себе жизнь.
Прогуливаться в окрестностях Дублина без оружия, особенно по ночам, всегда почиталось опасным. У меня были с собой обычные средства защиты. Мне очень хотелось спасти эту леди от опасности, но я не знал, как это сделать. У меня не хватило бы сил сразиться сразу с тремя разбойниками. После минутного колебания выход был найден, и я поспешил приступить к исполнению своего плана.
Грабитель, стоявший у кареты, еще не успел получить свою добычу, как с той стороны, откуда приехала карета, раздались громкие голоса. Мне было нетрудно, быстро топоча ногами, изобразить шум шагов нескольких людей. Грабители встревожились, и один из них сказал другим, чтобы они прислушались. Шум нарастал, и в следующую секунду грабители бросились бежать, но только после того, как прозвучал пистолетный выстрел. Целились ли они в кучера или в даму, я так и не узнал, поскольку выстрел испугал лошадей, и они понеслись вскачь.
Я и не надеялся поймать грабителей. Я не знал, в какую сторону они побежали и не попаду ли я к ним в руки... Эти соображения заставили меня подняться с места и уйти оттуда как можно скорее. Я добрался до дома цел и невредим.
Я уже говорил, что мои апартаменты были полностью отделены от апартаментов, которые занимал Ладлоу. Я мог вернуться к себе, никого не побеспокоив. Я поспешил к себе в комнату и был страшно удивлен, увидев там Ладлоу, сидящего у стола, на котором горела лампа.
Мое краткое замешательство было более сильным, чем у него. Увидев меня, он принял свой обычный вид и объяснил своё присутствие тем, что он хотел поговорить со мной об очень важных вещах и в этот поздний час ожидал найти меня в комнате. Вопреки ожиданиям, меня там не оказалось. Полагая, что я скоро вернусь, он остался ожидать моего прихода. Он ничего не сказал по поводу моего отсутствия и не проявил никакого желания узнать о его причине, но сразу перешел к тому делу, которое привело его сюда. Вот что он мне сказал:
«У тебя нет ничего, что считалось бы по закону твоим. Справедливость даёт тебе право получать материальную поддержку от тех, кто в состоянии ее оказать, но мало найдется людей, согласных признать это твоё право или потратить на тебя хотя бы ничтожную часть своего богатства. Было бы неправедным отнять у них силой то, что они не хотят отдать добровольно. Так что же делать?
Тебе, для того, чтобы жить, необходимо иметь какую-то собственность. Это позволит тебе удовлетворять потребности других людей. Дать человеку пищу, одежду, кров означает дать ему возможность жить, лишить его соблазнов, предоставить ему простор для проявления добродетелей и даровать счастье. Как же приобрести собственность?
Ты можешь заработать ее своей головой или своими руками. Ты можешь вязать чулки или писать стихи, но все это медленные и жалкие способы. Эта овчинка выделки не стоит, и я даже не стану трудиться и убеждать тебя заняться этим. Я найду другой праведный способ удовлетворить твои потребности.