Не слишком ли много ярости отмерено нами для той, чья вина состояла лишь в том, что она так хотела родить, прежде чада, — мир для него, зачатый от равенства?..
Другой непреходящий сюжет — миф об Эвридике. Вопреки устоявшимся мнениям, легенда эта отнюдь не печальна, а прекрасна и очень светла.
Чтобы вернуть Эвридику, Орфей спускается в ад, но потом, не сумев совладать с тишиной за спиною, нарушает заключенный с Аидом контракт и оборачивается, чтобы взглянуть на возлюбленную. Так он теряет ее.
Вы спросите, в чем же здесь свет? А вот в чем: Орфей слишком жаждет узнать, что Эвридика увидела в смерти, потому-то он и не может не обернуться назад на самой границе миров. Ибо жизнь и смерть дают в совокупности вечность. А только к ней, к этой таинственной запредельности, и устремлен мечтами Орфей. Если он, конечно, Орфей, а не самозванец с облизанной пальцами цитрой… В этом — миссия Эвридики: вынудить его с риском для жизни спуститься в самую бездну, чтобы там обрести вдохновение, а затем, едва уцелев, не побояться туда оглянуться. Потому что все происходит, творится на самой границе.
На самой границе… Всегда и везде. Остальное — случается.
Все, чем может помочь Эвридика Орфею, — это заставить его оглянуться, чтобы остаться самим собой и — воспеть. Она знает, что в этом и есть для нее залог их бессмертия.
А потому я верю, что когда он к ней обернется, она, перед тем, как исчезнуть, успеет ему ободряюще улыбнуться и подмигнуть…
Я в этом столь же уверена, как и в том, что зовут меня Лира.
Начат 15.06.01 на вилле Вальдберта (Бавария).
Продолжился маршрутом: Владикавказ — Берлин — Пловдив, пока не уперся в последний шлагбаум на станции «Пасса Порта» в Брюсселе 24.04.05. Там благополучно преставился.
ПРИЛОЖЕНИЕ
ИЗ СЛЕДСТВЕННЫХ МАТЕРИАЛОВ
ПО ДЕЛУ РОМАНА «ВИЛЛА БЕЛЬ-ЛЕТРА»
В ходе детального расследования текста и изучения биографий его участников удалось выяснить следующее:
1. Каждый из героев романа является типичным представителем категории, традиционно обозначаемой в литературной среде термином «персонажи».
2. Группа эта характеризуется совокупностью признаков, к коему числу прежде всего отнесем скрытность, двуличие, эгоизм и переменчивость убеждений.
3. При кажущейся искренности и доступности взгляду этот тип полуфантомов-полулюдей отличает уникальное умение избегнуть приговора, тем более окончательного, какие деяния ни совершались бы им буквально у нас на глазах.
4. Посему нижеследующие разоблачения едва ли станут надежным подспорьем для прокурора: еще никому, никогда и нигде не счастливилось усадить за решетку хоть кого-то из данной породы изобретательных злоумышленников, сколько бы их ни обвиняли в убийствах, подлоге и лжи. Едва дело доходит до судебного разбирательства, как эти молодчики ссылаются на свою нереальность, что лишь доказывает природное их лицемерие: кое-кому из них случалось прожить не одну сотню лет.
Впрочем, долгожительство наших подследственных вызывает сомнения: их витальность близка к той критической точке, за которою располагается небытие. Оттого с первых строк так докучливы апелляции автора к некому «ты», а персонажи украдкой пытаются возместить свою немощь, упрятавшись глубже под тень знаменитых предшественников — в одиночестве слабость бедует. Как и преступникам, ей необходимы сообщники.
Обоснуем предъявленный вывод на конкретных примерах:
Дарси, Оскар Монтгомери, 1956 г.р., британский подданный, эсквайр. Прибыл на виллу Бель-Летра в 22.35 третьего июня 2001 г. из Лондона.
Неправомерно отмечен включением в книгу уже в первой главе, чем грубо нарушена хронология. Разумеется, сделано это намеренно, чтобы запутать следы, позволить герою исчезнуть и тем самым не дать нам его допросить. Путем обыска комнат и анализа текста мы, однако, вплотную приблизились к раскрытию подноготной сбежавшего.