Джинджер помолчала минуту и кивнула головой.
– Да. Жертва должна быть определенным человеком с определенным адресом.
– Вот это мне и не по душе, – сказал я.
– И у нас должна быть веская причина избавиться от нее.
Мы замолчали, обдумывая свои возможности.
– Этот человек должен согласиться на наше предложение – а разве кто захочет?
Джинджер отвечала:
– Допустим, вы или я (мы это обдумаем) мечтаем от кого-то избавиться. От кого, например? Есть у меня милейший дядюшка Мервин – мне после его смерти достанется изрядный куш. У него только два наследника – я и еще кто-то в Австралии. Вот вам и причина. Но ему уже за семьдесят, и он немного свихнулся, и всякий поймет, что разумнее подождать немного, – разве что я попала в безвыходное положение, и мне страшно нужны деньги, а в это никто не поверит. Кроме того, он душенька, я его нежно люблю, и свихнулся он там или нет, он обожает жизнь, и я не хочу рисковать ни одной минутой его жизни. А вы? Есть у вас родственники, от которых вы ждете наследства?
Я покачал головой.
– Ни одного.
– Скверно. А если выдумать шантаж? Хотя уж больно много возни. Кому придет в голову вас шантажировать? Будь вы еще член парламента или министр, который пошел в гору. Или я. То же самое. Пятьдесят лет назад все было бы очень просто. Компрометирующие письма или фотографии в голом виде, а теперь никто и внимания не обратит. Теперь можно смело поступать, как герцог Веллингтонский, сказать им: «Печатайте – и идите к черту!» Ну что же еще? Двоеженство? – Она взглянула на меня с упреком. – Какая жалость, что вы никогда не были женаты. А то бы мы что-нибудь состряпали.
Меня выдало лицо. Джинджер сразу заметила.
– Простите. Я потревожила старую рану?
– Нет. Рана уже зажила. Это было давно.
– Вы были женаты?
– Да. Еще студентом.
– И что же случилось?
– Мы поехали в Италию на каникулы. Автомобильная катастрофа. Ее убило на месте.
– А как же вы?
– Она ехала в машине с другим.
Джинджер, видимо, поняла, как все было. Как я был потрясен, узнав, что девушка, на которой я женился, не из тех, кто хранит верность своему мужу.
Джинджер снова вернулась к делу:
– Вы поженились в Англии?
– Да. В отделе регистрации браков в Питерборо.
– А умерла она в Италии.
– Да.
– Значит, в Англии ее смерть не оформлена документом?
– Нет.
– Тогда чего же вам еще нужно? Все очень просто. Вы безумно влюблены в кого-то и хотите жениться, но не знаете, жива ли еще ваша супруга. Вы расстались с ней много лет назад и с тех пор ничего о ней не слыхали. И вдруг она появляется как снег на голову, отказывает вам в разводе и грозит пойти к вашей девице и все ей выложить.
– А кто моя девица? – спросил я в некотором недоумении. – Вы?
Джинджер возмутилась:
– Конечно, нет. Я не тот тип. Я свободно могу на все махнуть рукой и жить во грехе. Нет, вы отлично знаете, кого я имею в виду. – вот она подходит. Та величественная брюнетка, с которой вы всюду бываете. Очень образованная и серьезная.
– Гермия Редклифф?
– Она. Ваша девушка.
– Кто вам про нее рассказал?
– Пэм, конечно. Она, кажется, богата?
– Очень. Но ведь…
– Ладно, ладно. Я же не говорю, что вы женитесь на ней ради денег. Вы не из таких. Но подлые типы вроде Брэдли могут в это поверить… Прекрасно. Дело обстоит так. Вы собираетесь жениться на Гермии, как вдруг появляется жена. Приезжает в Лондон – и начинается история. Вы настаиваете на разводе – жена ни в какую. У нее мстительный нрав. И тут вы прослышали про виллу «Белый Конь». Держу пари на что угодно – Тирза и полоумная Белла решили тогда, что именно потому вы к ним и явились. Они это приняли за предварительное посещение, и потому Тирза так и разоткровенничалась. Она рекламировала свое дело.
– Возможно.
Я мысленно вернулся к тому дню.
– И вскоре после этого вы отправились к Брэдли, это тоже подтверждает ваши намерения. Вы на крючке. Вы возможный клиент.
– И все-таки они будут очень тщательно меня проверять.
– Непременно, – согласилась Джинджер.
– Выдумать фиктивную жену очень просто, но они потребуют деталей где она живет и все такое, и когда я начну вилять…
– Вилять не понадобится. Чтобы все прошло гладко, нужна супруга, и супруга будет! А теперь мужайтесь – супругой буду я!
Я посмотрел на нее. Или, вернее сказать, вытаращил глаза. Удивительно, как она не расхохоталась.
Постепенно я пришел в себя, и Джинджер продолжала.
– Не пугайтесь, – сказала она. – Я вам не делаю предложения.
Я обрел дар речи.
– Вы сами не понимаете, что говорите.
– Прекрасно понимаю. То, что я предлагаю, вполне осуществимо, и не придется втягивать в эту опасную затею ни в чем не повинных людей.
– Это значит втягивать вас в опасную историю.
– А это уже мое дело.
– Нет, не только. И вообще все это шито белыми нитками.