Я сказал: да, я помню мисс Грей.
– Так вот. Ей понадобится какая-нибудь вещь вашей жены, из тех, которые она носит, – перчатка, носовой платок или еще что-нибудь…
– Но зачем? Чего ради?
– Не спрашивайте меня зачем. Я сам не знаю. Мисс Грей не открывает своих секретов.
– Но что же происходит? Что она делает?
– Поверьте, мистер Истербрук, я ничего не знаю, больше того, я ничего не хочу знать. Вот так.
Он помолчал и потом продолжал совсем по-отечески:
– И мой вам совет, мистер Истербрук. Повидайтесь с женой. Успокойте ее, дайте ей понять, будто подумываете о примирении. Скажите, что едете на несколько недель за границу, но по возвращении… и так далее, и так далее…
– А потом?
– Прихватите какую-нибудь мелочь из ее одежды и поезжайте в Мач Дипинг.
Он помолчал раздумывая.
– Вы мне, кажется, говорили, у вас там неподалеку живут друзья или родственники.
– Двоюродная сестра.
– Тогда все очень просто. Вы сможете у нее остановиться на денек-другой.
– А где там обычно останавливаются? В местной гостинице?
– Наверно. Или приезжают на машине из Борнемута. Что-то в этом роде. Мне ведь толком не известно.
– А что подумает моя двоюродная сестра?
– Скажите, будто вас интересуют обитательницы «Белого Коня». Вы хотите побывать у них на сеансе. Хоть и ерунда, а вам интересно. Это очень просто, мистер Истербрук.
– А потом?
Он покачал головой, улыбаясь.
– Больше я вам ничего не могу сказать. А на это время поезжайте за границу.
Я сказал, что не хочу ехать за границу, хочу остаться в Англии.
– Но только не в Лондоне.
– Почему?
Мистер Брэдли поглядел на меня с укоризной.
– Клиентам гарантируется полная безопасность, только если они безоговорочно подчиняются.
– А Борнемут? Борнемут подойдет?
– Подойдет. Остановитесь в отеле, заведите себе знакомых, пусть все вас видят в их компании. И – безупречная жизнь.
Он говорил, словно агент из бюро путешествий. А потом мне снова пришлось пожать пухлую руку.
Глава 17
Рассказывает Марк Истербрук
– Ты и вправду будешь у Тирзы на сеансе? – спросила Роуда, – А почему бы и нет?
– Не думала, Марк, что тебя такое интересует.
– Да не очень, – честно признался я. – Но они сами такие чудные.
Любопытно посмотреть на их обряд.
– Я пойду с тобой, – весело предложила Роуда. – Мне тоже всегда хотелось посмотреть.
– Никуда ты, Роуда, не пойдешь, – проворчал Деспард.
Роуда рассердилась, но делать было нечего. В тот же день мы встретили, гуляя, Тирзу Грей.
– Привет, мистер Истербрук, мы вас ждем к себе вечером.
– Я тоже хотела прийти, – сказала Роуда. – Но меня Хью не пускает. Он против.
– А я бы вас и не приняла, – ответила Тирза. – Хватит и одного зрителя.
Она кивнула нам, улыбнулась и удалилась быстрым шагом. Я смотрел ей вслед и не слышал, как Роуда обратилась ко мне.
– Прости, что ты сказала?
– Я говорю, ты какой-то странный последнее время. Что-нибудь случилось? Не ладится с книгой?
– С книгой? – я сперва не мог понять, о какой она книге. – Ах, с книгой. С книгой все хорошо.
– По-моему, ты влюблен. Странно, женщины от любви хорошеют, а мужчины выглядят, как больные овцы.
– Спасибо! – сказал я.
– Не обижайся, Марк. Она, правда, очень мила.
– Кто мил?
– Гермия Редклифф, кто же еще? И так тебе подходит.
Роуда добавила, что пойдет задаст перцу мяснику, а я сказал, что загляну к пастору.
– Но только не подумай, будто я собираюсь просить его об оглашении брака, – внушительно закончил, предупреждая возможные комментарии.
Миссис Колтроп встретила меня в дверях. Мы прошли в ту же комнату, где я уже разговаривал с ней, и она спросила:
– Ну? Что вам удалось сделать?
Судя по ее деловитому тону, можно было подумать, что мы собираемся на ближайший поезд. Я рассказал ей. Я рассказал ей все.
– Сегодня? – спросила миссис Колтроп задумчиво.
– Да. – И тут я выпалил:
– Как мне это все не по душе! Как не по душе! Я так боюсь за нее.
Она посмотрела на меня ласково:
– Ну, какой они могут ей причинить вред, какой?
– Но ведь причиняли же они другим. У вас есть телефон?
– Конечно.
– После этой… этой истории сегодня вечером мне нужно будет поддерживать с Джинджер связь. Звонить ей каждый день. Можно от вас?
– Конечно. У Роуды слишком людно в доме.
– Я немного поживу у Роуды, а потом, наверно, поеду в Борнемут. Мне не разрешили возвращаться в Лондон.
В «Белом Коне» меня встретили совсем обычно. Тирза Грей в простом платье из темной шерсти открыла дверь и сказала: «А, это вы. Заходите. Сейчас будем ужинать».
Стол был накрыт для ужина. Подали суп, омлет и сыр. Прислуживала Белла. На ней было черное платье, и она еще больше напоминала персонаж с картины какого-нибудь примитива. Сибил имела вид более экзотический. Она облачилась в длинный наряд с узорами из павлиньих перьев, кое-где пробивалась золотая нить. Бус она на сей раз не надела, но зато запястья ее охватывали толстые золотые браслеты. Она почти не ела. Разговаривала с нами как бы издалека. Это должно было, видимо, производить на окружающих впечатление, но на самом деле выглядело надуманно и театрально.