— Это тех, что мы уложили, тащат. А Ноэми не видно! — жарко дыша, прошептал Алан в ухо саксу.
В другое загудел Хью:
— Женщин всегда первыми на берег сводят. Она наверняка уже в замке. И не переживайте за вашу леди, сэр, если она и вправду красавица, барон, пока первым от нее не откусит, других не подпустит. А сам он под каблуком у жены. Врет ей, что пленниц только для дружины берет, а когда супруга в Мессину за тряпками или, там, в Палермо ко двору отбудет, пользуется, за ним остальные свое получают, а баронесса в замок — несчастной удавка, и концы в воду! Ревнивая баба и не догадывается, как без нее муж развлекается, рассказать-то ей некому — барона все боятся.
— Как его зовут? — спросил рыцарь.
— Барона-то? Адемар де Ролло. Его люди говорили, что он ведет род от викингов Оттона Бородатого, что выцыганили у Шарля Простака Нормандию. А сюда его прадед пришел с Роже де Отвилем.
— Н-да! Родословная… Сплошь разбойники!
Огни факелов один за другим исчезали наверху в воротах замка, потом раздался душераздирающий скрип и лязг.
Хью шепнул:
— Мост подняли… Вон, у галеры еще факел горит.
Через минуту и этот последний на берегу огонек исчез. Светилась лишь пара бойниц в башне над стеной.
Лучник опять заговорил:
— Теперь полночи гулять будут… После боя всегда так: пока не упьются — не уснут! Правда, это после победы, на радостях…
Алан хмыкнул:
— Хм! С тоски тоже пить можно! Ну что делать, придется ждать, пока хмель не одолеет этих горе- вояк. Хью, покажи и расскажи пока, где и что здесь, в замке.
Лучник охотно начал:
— В башне над воротами, где бойницы светятся — кордегардия, там при мне вдвоем разводящий и сменный караульный отдыхали. А теперь даже и не знаю… Может, они усилили охрану после моего побега? На стене часовой ходил, от угла до воротной башни, туда-сюда, туда-сюда, шагов пятьдесят в одну сторону. В донжоне, в большом зале пираты пьют и жрут. Хозяйские покои тоже там, этажом выше. Во дворе конюшни, склады. А пленники, то есть пленницы — в подвале. Казарма — в каземате под задней стеной, но там ночуют, только если трезвые. А нажрутся, так вповалку в главном зале и дрыхнут. Вон, не знаю, мерещится мне, или вправду на стене блеснуло…
— Вправду! — подтвердил сакс. — Я его давно приметил. Ходит, как ты и говорил, от угла до угла. А второй…
Он не успел закончить. С верхней площадки донжона между зубцов высунулась зеленая голова, и в ночном воздухе прозвучала протяжная перекличка часовых.
— И что же они кричат? — поинтересовался гэл.
— "Господь милостив" по-итальянски…
— Воют, ну, прямо как муэдзины поганые, я их в Акре слышал, очень похоже. Ну, теперь-то ясно, где второй, неясно вот, как его сковырнуть с этого каменного пальца…
— Достанем! — сказал Эдвард.
Хью нерешительно сказал:
— Это что же получается? Два поста? Теперь их в караулке должно быть человека три, а то и все пять…
— Похоже на то, — подтвердил гэл, — но это не так важно. Главное, часовых без шума снять!
От замка через бухту донесся звон мандолин и мелодия неаполитанской песни.
— Баронесса точно дома! Ей поют… Она родом из Сорренто, любит эти песенки. А мне они, что патока в пиве… — заметил Хью.
Эдвард приказал:
— Давайте, пока луна не вылезла, подберемся поближе. Тихо, по одному, вдоль обрыва за мной…
Через четверть часа, перейдя вброд речку, впадавшую в бухту чуть выше замка, экспедиция оказалась под обрывом скалы, на которой он стоял. По серпантину под взглядами часовых по уверениям Хью ходу наверх не было. Сакс внимательно изучил выветренную поверхность камня, наконец, сказал:
— Ал, собери у всех кинжалы, веревку давай сюда!
Хью покачал головой:
— Не пойдет! Камень крошится, а если забивать — услышат…
Вместо возражений Эдвард сунул широкий клинок даги в трещину над головой, нажал: со слабым скрипом сталь полезла в камень. Сакс подергал за рукоять, подтянулся на ней, зацепился пальцами на ярд выше за выступ скалы.
Обернувшись к остальным, прошептал:
— Чуть в сторону отойдите, вдруг сорвусь, пришибу ведь! Как веревку сброшу, первым ко мне — Хью, следующим — Ал. И не карабкайтесь, ногами по обрыву не сучите, чтобы шуму не было. Обвяжитесь, я сам наверх втяну. Ясно?