Упругой походкой он приблизился к упавшей ветви, провел рукой по гладкому срезу, взглянул на обрубок наверху и сказал:
— Тяжелую утрату понесет Англия, коли нам придется сразить воина, способного на такой удар. Должно быть, радостно вздохнули сарацины, сэр, когда вы поднялись на корабль, покидая Палестину! Давайте разойдемся по-хорошему, ваша милость!
Эдвард сквозь прорезь шлема рассматривал его спокойное лицо, пытаясь угадать, можно ли доверять словам разбойника.
— Я Робин Гуд, сэр, никто не ездит через Шервудский лес, не уплатив мне пошлины. Как получу и с вас, сможете свободно ехать дальше.
— А велика ли мыта? — поинтересовался Эдвард, сдвигая шлем вверх. Он решил, что непосредственной опасности пока нет.
— Да не особенно, ваша милость! — хитро усмехнулся разбойник. — Отдадите все свое золото и серебро и в добрый путь!
— Что же останется нам?! — не поверил ушам сакс.
— Вам? Вам останется жизнь, это не так уж мало, а в придачу, из уважения к вашей доблести и силе, сэр, так и быть, мы не заберем коней и доспехи. Согласны?
— Вот еще! — начал было азартно гэл, но сакс остановил сквайра движением руки.
— А если мы не согласимся платить?
— Тогда мы аккуратно расстреляем вас с дерева, и начнем с коней, чтобы лишить вашу милость соблазна покинуть нас.
— Ну, а мы начнем с ваших людей, — показал рыцарь на захваченных лучников.
— Ах, да!.. — томно протянул Робин Гуд и пронзительно свистнул.
Один из пленников кольнул лошадь Хью в пах чем-то острым, животное вздыбилось, чуть не сбросив седока, а разбойники мгновенно проскользнули под его копытами и убежали за дерево.
— Ну, видите сами: придется платить, если жить хотите, — сказал предводитель грабителей.
Сакс двинул шайра на наглеца:
— А вот я сейчас посрубаю все ветки с вашего насеста, и посмотрим, кто кого…
Но храбрый разбойник не отступил перед сердитым всадником. Он снова оглушительно свистнул, и с ветвей как груши посыпались люди. Они разбегались в разные стороны и строились редкой цепью шагах в ста, окружая дерево, поднимали луки.
— Ну, зачем же, сэр, уродовать зеленые насаждения. Этот дуб — гордость Англии! Чем же он виноват, что кругом бушуют человеческие страсти? В последний раз предлагаю — заплатите! Скажете, — "нет"- и мои люди начнут стрелять в лошадей. Вам не уйти отсюда живыми, сэр! Нас три десятка, мы все неплохо владеем луком, а я могу со ста шагов выбить стрелами все заклепки на ваших латах.
— У меня нет заклепок на латах… — в раздумье пробормотал сакс.
— Но в шлеме имеется прорезь! А с этого расстояния я в нее всажу десять стрел из десяти, — перебил его Робин Гуд, и повернулся, намереваясь уйти за ствол.
Его остановил смех Алана. Гэл весело заливался, будто услышал забавную шутку:
— Ой, не могу! Умора! Насмешил… Со ста шагов… Да ни один из вас не уцелеет, даже если убежит на триста!
Разбойник остановился и нахмурился:
— Что за чушь несет этот наглый скотт? Он считает меня полным дураком? Кто это здесь способен стрелять на триста шагов без промаха?
— Мой командир! — показал на сакса гэл.
— Это вызов! — вполголоса сам себе сказал йомен. Затем снова возвысил голос, обращаясь к рыцарю:
— Я ни на секунду не поверил словам вашего рыжего шута, но не должен предводитель позволять трогать свой авторитет. В Англии лучший стрелок из лука — я! Это знают все! И что же мне теперь делать? Если отдам приказ прикончить вас, какой-нибудь злопыхатель скажет, что я просто устранил соперника, и, несомненно, сильнейшего, а я не желаю, чтобы обо мне так судачили!
Он на мгновение задумался, затем продолжил:
— Чтобы решить наш спор, я дам вам возможность, сэр, выпустить по мне стрелу с трехсот шагов, как хвастает ваш сквайр, а потом выстрелю со ста! Вы будете в латах, со щитом, и, ежели останетесь живы, получите право выстрела по мне, незащищенному, с тех же ста шагов. Справедлив ли, по вашему мнению, такой уговор?
Эдвард кивнул:
— Более чем, сэр, — он задумался, вспомнив слова Тиграна, что выстрел в глаз для него смертелен. Значит, придется убить этого необычного, и чем-то ему даже симпатичного человека. Для турецкого лука и пятьсот шагов — не дистанция в безветренную погоду, но вписать свое имя в историю, как палача Робина Гуда…