— Он никогда не показывал никаких признаков этого. Он действует так, как будто он человек в «разочаровывающей, скользящей вниз» части своей карьеры.
— Ну, по той же причине, я полагаю. Он оттеснен на второй план Макаротом, и сокрушен лакеями Макарота, как, например, Стурмом. И он оказался с осколком подразделения, на которое надеялся.
— Именно поэтому мы застряли здесь? — спрашивает Корбек.
— Я бы сказал, что это так, — отвечает Хадрак. — А вам бы не стоило. Это пустая трата ваших талантов. Я имею в виду, Слоканцы могут легко выделить несколько полков на обеспечение безопасности захолустного мира, но вы то – специалисты, и вас тут очень мало. Вы должны быть на передовой, Колм.
— Мы хотели бы. Вы можете это сделать?
Хадрак улыбается. Он меняет тему.
— У тебя были вопросы, этим утром? Вопросы насчет медикаментов, ресурсов?
— Да, сэр. Они совершенно срочные.
— У тебя, так же, был список, я правильно помню?
— Да, сэр.
Хадрак протягивает руку. — Дай его мне, Колм, — говорит он. — Я немедленно разберусь с этим. Моей непосредственной властью. Если вы застряли в этой роли, вы должны быть в состоянии, по крайней мере, осуществлять ее должным образом. Я разберусь с этим, и с любыми другими запросами ресурсов, которые у тебя есть. Приходи прямо в мой штаб, ты понял?
— Да, сэр. Я ценю это. Значит, мы?
— Вы?
— Застряли здесь?
Генерал, кажется, собирается ответить, но раздается стук в дверь. Входит Слоканский уоррент-офицер, держа дверь открытой для высокой женщины, одетой в строгое черное Отдела Военной Разведки. С ней двое помощников, оба мужчины, оба ниже, чем она, идентичные близнецы.
Хадрак поднимается. Так же поступает и Корбек.
— Полковник Марсус, — говорит Хадрак. — Рад, что вы пришли.
Марсус отдает честь им обоим. Выражение ее лица совсем не доброжелательное, как у Хадрака. Она, на удивление, высокая, почти такая же высокая, как Корбек, и крепко сложена. Ее кожа такая же черная, как ее униформа, и ее волосы коротко стрижены до черепа, с легким оттенком серого, но невозможно сказать ее возраст. Она источает своего рода спокойное постоянство, спокойствие, которое предполагает, что она прожила очень много времени, и многое перенесла даже не моргнув, подобно взрослому дереву нала или горному пику.
— Мои извинения, сэр, — произносит она. — Задержки на дороге от посадочных площадок. Туман. Я надеюсь, что не заставила вас ждать.
— Вовсе нет, Элка, мы просто только начали узнавать друг друга.
— Мои помощники, — говорит Марсус, делая жест в сторону похожих на мальчишек, одинаковых мужчин позади себя. — Стойменов и Стойменов. Хорошо, если они останутся для этого?
Хадрак кивает.
— Для чего? — спрашивает Корбек.
— Мы хотели воспользоваться этим благоприятным случаем, чтобы задать несколько вопросов, Колм, — говорит Хадрак. — Неформально. Не хотели ничего раздувать из этого.
— Я уверен, сэр, — говорит Корбек. — Из чего? — Он, внезапно, чувствует себя неловко, сбитый с толку. Он раньше чувствовал себя так, и каждый раз это было во время засады.
— Ну, — произносит Хадрак. — Я бы хотел, чтобы твои Танитцы убрались отсюда. Как я сказал, вы здесь тратите время. И я могу разрешить это, но мои руки слегка связаны. Просто есть несколько вопросов, которые нужно уладить. Если мы сможем покончить с ними, в том смысле, который сделает Элку счастливой, мы сможем привести некоторые колеса в движение.
Разведчица протягивает руку, не смотря, и один из близнецов помещает в нее папку. Она зеленая, скрепленная печатями высшего доступа. Она ломает их большим пальцем, и вынимает пачку глянцевых пиктов.
— Некоторые недавно собранные разведывательные материалы, — говорит она. — Конфиденциальные, естественно. Мы были бы признательны за ваше мнение об этом.
Она начинает показывать Корбеку изображения, одно за другим. Он берет их, смотрит на одно, смотрит на следующее. Снимки высокого разрешения, крупный план, сделанный в жестком свете. Морг, полагает он. Медпункт. На них обнаженное тело, мужское. Не целиком, только части. Изображения исключают любые подробности ран, которые убили его, как будто они, как и лицо, не относятся к делу. Изображения, всего лишь, крупный план мертвой плоти: руки, часть живота, бедра. Плоть очень белая, с небольшим трупным пятном и несколькими желтыми синяками. Она выглядит, как кожа ощипанной дичи. Есть отметины…