- Я возмещу вам все ваши расходы, – поняв намёк адвоката, поспешно пообещала я. А сама подумала, где же я возьму необходимые средства?
Очевидно, подобный вопрос задал себе и мэтр Герард. Потому как на его лице появилось скептическое выражение, а в глазах – тоска. Хорошо бы узнать причину возникновения подобных эмоций. Не может быть, чтобы Джанина Оливия де Бейль на поверку оказалась бедна как церковная мышь. Или может?
- Мадам, я, разумеется, не в праве вас поучать, – смущённо пряча глаза, проговорил мэтр Герард, – но не следует давать обещания, которые вы не в состоянии выполнить. По крайней мере, в ближайшее время. Возможно, потом... чуть позже... когда скандал с вашим именем утихнет и постепенно забудется, вы сможете найти состоятельного человека, который возьмёт вас в жёны. Вы ведь ещё так молоды и так очаровательны... А ещё у вас есть титул маркизы, пожалованный вам королём.
Адвокат умолк, как будто размышляя над чем-то, потом поскрёб розовыми ухоженными ногтями щёку, лишённую следов растительности, и прибавил:
- Смею надеяться, его величество сохранит этот почётный титул за вами. Это единственное из трёх условий, которое выдержало испытание временем.
«Каких ещё условий? Условий чего?» – подумала я, ошеломлённая новым открывшимся обстоятельством. Вслух же осторожно уточнила:
- А что с двумя другими?
Герард пожал плечами и ответил с такой досадой, будто я не оправдала каких-то его личных ожиданий:
- Увы, вы так и не сумели извлечь из них выгоду. Из первого – по причине своей беспечности, уж простите за откровенность. Из второго... Ох, здесь я, пожалуй, лучше промолчу...
Глава 4
Туманные недомолвки Герарда и моя собственная неосведомлённость относительно сюжета этой дискуссии разжигали моё любопытство, однако мне пришлось удержаться от дальнейших расспросов. Едва я открыла рот, чтобы попросить адвоката подробнее рассказать мне о загадочных условиях, которые моя предшественница не сумела выполнить, как дверь распахнулась, и на пороге снова показались судьи во главе с сиром Рубиусом.
Члены судейской коллегии, одетые в одинаковые чёрные мантии с широкоими белыми отложными воротниками, чинно заняли свои места на деревянных скамьях, поставленных рядами. Сир Рубиус, выполняя обязанности главного исполнителя королевских приговоров, встал и с мрачной торжественностью принялся зачитывать окончательное решение суда.
- Принимая во внимание показания мэтра Вимора со ссылкой на параграф пять Альсидского Кодекса Правосудия, королевский суд постановил. Присутствующую здесь Джанину Оливию де Бейль признать неспособной к использованию тёмной магии в личных целях и по этой причине снять с неё обвинения в предумышленном убийстве наследного принца. Джанина Оливия де Бейль объявляется персоной, чьё присутствие при королевском дворе запрещено под страхом смертной казни отныне и до конца её жизни. Джанина Оливия де Бейль не имеет также права приближаться к Его Величеству королю Гольфриду во время его парадных выездов, охоты, традиционных гуляний и прочих увеселительных или же государственных мероприятий. Джанине Оливии де Бейль вменяется в обязанность немедленно покинуть столицу королевства город Лаведан и отбыть в фамильное имение Бейль, где ей и надлежит оставаться до скончания её дней. Данный приговор окончательный и обжалованию не подлежит.
В этот раз эхо словно трусливо притихло под высокими каменными сводами – в голосе сира Рубиуса уже не было того энтузиазма, которым была пронизана его предыдущая пламенная речь, обещавшая мне казнь через сожжение. В первом случае он, вероятно, был счастлив угодить королеве, требующей смертного приговора; в этом же случае, он был вынужден следовать букве закона.
Я же могла лишь горячо благодарить Провидение в лице мэтра Герарда, который спас мне жизнь в сотрудничестве со «старичком-лесовичком» Вимором. И плевать с высокой горки на Лаведан со всем королевским двором, на королеву Эстрильду и на короля Гольфрида, которого я, кстати, даже в глаза не видела. Главное, у меня имеется родовое поместье, а, значит, есть куда свою голову приткнуть. Ну, а как дальше жить – разберёмся на месте.