***
- Колизей? Что это такое?
Морис и Ноа переглянулись. Не скажу, что мне понравилась эта таинственность. Эванс улыбнулся и ответил:
- Клуб.
Колизей? Меня бросило в жар. Я почувствовала себя преступницей, которую застали за чем-то постыдным. Именно информация о происходящем в Колизее стала основой моего плана завоевания Джайлза Аббаса.
И я вдруг подумала: а имел ли изначально этот план смысл? Почему я воспринимала личные отношения как военные действия? Возможно, у меня есть шанс завоевать вера без жестокого подавления?
- Ты с ума сошел — безопасность? Конечно, я еду.
Тон Морган не подразумевал возражений.
- Там мой отец. - Что же, это очень веский аргумент.
Морис молча смотрит на свою женщину. Ему предстоит нелегкий выбор.
- Хорошо, - произнес Морис. - Будешь держаться рядом со мной, понятно?
- Конечно, - мягко ответила кузина. - Должен ведь кто-то удерживать тебя от излишнего героизма.
В Колизей уехали только мы четверо — мать осталась в доме, ждать возвращения Сенатора.
Я выбрала случайную песню на смартфоне, и в машине разлился нежный и почти нереальный голос Ланы дель Рэй. Жаль, что он не способен заглушить шум кровавого ливня.
- Ты в порядке? Хорошо себя чувствуешь? - Ноа не отрывал взгляд от дороги.
- Чувствую себя, как обычно, - я пожала плечами. - А ты, сладкий?
Ноа повернулся ко мне и едва заметно улыбнулся.
- И я. Желание кусать всех без разбору не проснулось.
Вамп наклонился и поцеловал меня в шею. Мне стало немного легче, и уже не так пугали багровые линии на стеклах.
- Я не хочу, чтобы ты… пропал. То есть, из этого города, - сказала я. Мне было важно, чтобы Эванс узнал об этом.
Вамп посмотрел на меня, и в его ледяных глазах я увидела не только удивление, но и что-то, заставляющее мое сердце биться быстрее.
- И я не хочу, - сказал Ноа. - Теперь — не хочу.
Я весьма смутно запомнила дорогу к Колизею. Не знаю, что стало причиной: страх или магия вампиров, защищающая местоположение важного пункта. Наверное, все же второе, потому как и полицейский патруль не остановил нас ни разу. Да и сам одноэтажный дом из темно-красного кирпича не привлекал особого внимания — дом, каких много. Когда мы шли от машины к двери, я считала, чтобы не слышать шум дождя. Раз. Два. Три. Четыре. Пять.
Семь. Десять. Кажется, плащ вовсе не помогает. Не сами капли, но их призраки жгут кожу.
Внутри — небольшая прихожая, белые стены которой исчерчены непонятными мне сигиллами и знаками стихий. Один из них был мне знаком. Треугольник вершиной вниз — я видела его на стене гостиной Ноа.
- Вода, - сказал вамп, коснувшись пальцами линий.
Остальное же пространство дома было лишено стен. Не оказалось здесь и окон — картинка фасада была ложью, иллюзией. Пол покрыт белоснежным песком, у южной стены — трибуна со стульями, обитыми тканью с рисунками из вампирских комиксов. Свет неоновых ламп был холодным, мертвенным, а знаки, похожие на татуировки Ноа, мерцали на стенах синим, лиловым, золотом, красным и серебром. Мы с Морган почти потерялись в этих вспышках света (кузина, как и я, была в этом странном месте в первый раз), но Морис и Ноа были рядом.
- Это называется веве. Печати Лоа, - сказал Эванс, указывая на стену.
- Надеюсь, они помогут, - тихо сказала я.
Мы с Морган сели на стулья в первом ряду, чтобы отдохнуть немного. И Морис, и я волновались за кузину. Она была очень бледна, но держалась отлично.
- Отец написал, что ситуация у Сената стабилизировалась. Заседание проходит в штатном режиме.
- Хоть одна хорошая новость, - улыбнулась я.
В этот момент в дом вошли еще четверо. Вампиры, разумеется. Думаю, их вряд ли волновал кровавый ливень, надвигающийся шторм или что-либо еще. Они выглядели довольными. Двое были близнецами — невысокие, изящные, одетые в серый джинс, с рыжими волосами и жестокой радостью в зеленых глазах, еще один — золотоволосый и прекрасный, будто сошедший с картины Боттичелли — если не считать двух шрамов через все лицо, и Малахия. Растрепанный и молчаливый, каким я видела его вчерашним утром.
Золотоволосый ангел кончиком языка слизал несколько капель крови, которые блестели на его губах, и улыбнулся.
- Ну что, спасем мир, или пусть катится ко всем чертям?