— Она очень смышленая крошка.
Мерион бросила на Юджинию пронизывающий взгляд:
— Вы что же, всегда будете об этом помнить? Она вскормлена тем же молоком, что и ваш сын, и в этом смысле может считаться кем-то вроде его сестры.
— Да.
— Должна сказать, Юджиния, что иногда вы не только выглядите, но и ведете себя как владелица большого поместья. Такая же высокомерная и холодная.
— А разве я в самом деле не владелица поместья? — спросила Юджиния, уязвленная тоном Мерион.
Мерион ответила коротким скептическим смешком.
— Вы такая же австралийка, как и все мы. Вы давно уже убедились бы в этом сами, если бы вам позволил ваш супруг. Но, учитывая, что собой представляет этот романтичный дурень, я думаю, так никогда и не убедитесь.
Юджиния слегка нахмурилась:
— Я в самом деле не понимаю, что вы хотите этим сказать.
— Я хочу сказать, что нельзя перенести один мир в другой — что-то в этом роде. Впрочем, быть может, вы и способны это сделать. Не стану заранее отрицать такую возможность. Вероятно, нам здесь нужно какое-то количество таких людей, как вы.
— Мерион! Я вам не нравлюсь?
— Бог с вами! Я люблю вас, очаровательное, отвратительное вы создание! Но вам место в оранжерее, а не в этой жаре, неразберихе и грязи, сопутствующих рождению нашего мира.
— А чем Ярраби не оранжерея? — спросила Юджиния, разглаживая безукоризненно чистую муслиновую юбку. — Я уверена, что Гилберт предназначал ему именно такую роль.
Наконец прибыло письмо от Колма, которое она с глубокой тревогой ждала целых три месяца. Его доставил молодой бородатый мужчина, ехавший верхом на усталой лошади. Он сказал открывшей дверь Эллен, что ему велено отдать письмо только хозяйке дома в собственные руки.
Эллен бегом помчалась в маленькую гостиную, Юджиния сидела в это время за письменным столом.
— Мэм, у дверей ждет какой-то дикого вида человек с письмом для вас. Вам придется пойти самой — он отказывается отдавать его кому-никому.
— Не кому-никому, а кому-либо другому, — машинально поправила Юджиния.
Сердце учащенно забилось. Ей не надо было вскрывать запечатанный конверт, чтобы узнать, от кого письмо. Она приказала отвести молодого человека на кухню и хорошо накормить. Ей страшно хотелось спросить, когда он в последний раз видел Колма и как тот выглядел.
Однако осторожность, а также нетерпеливое желание поскорее прочитать письмо заставили ее воздержаться от расспросов.
Она поднялась наверх, закрыла дверь и опустилась в глубокое кресло у окна, чтобы с жадностью прочесть драгоценные строчки.
«Аланна!
Вы просили меня написать, и с того мгновения, когда я обнаружил у себя в кармане вашу записку, я писал вам каждый вечер. Но большую часть написанного пришлось уничтожить, ибо писать — это одно, а отправить письмо с уверенностью, что оно попадет только в ваши руки, — совсем другое дело. Теперь наконец-то мне представилась такая возможность. Молодой человек, который доставит вам это письмо, направляется в Сидней, и он обещал заехать по дороге в Ярраби.
Не стану зря тратить время на извинения за тот достойный сожаления вечер. Тем самым я лишь снова напомнил бы вам о нем, я же умоляю вас забыть. С тех пор я ни разу больше не был в таком состоянии и никогда не буду впредь. Я преисполнен решимости превозмочь свою слабость, так как знаю, что лишь при этом условии смогу когда-либо снова вас увидеть.
Но я хочу, чтобы вы знали: вы всегда живете в моем сердце. Я постоянно грежу о том дне у озера и вновь и вновь благодарю вас за него. Что касается более прозаической стороны жизни, могу сообщить, что с момента прибытия в Батерст, расположенный по другую сторону Голубых гор, я очень усердно работаю. Пишу портреты детей французских поселенцев — месье Эдуарда и его жены. Это милые, живые и невероятно общительные люди. Кроме того, я даю уроки рисования их старшей дочери, Маргарет, с которой мы большие друзья. Не забросил я и свою книгу — делаю эскизы горных цветов, познакомился с несколькими новыми породами птиц. Как видите, я намереваюсь прославиться и заработать много денег, а тогда, быть может… Смею ли я высказать вслух свою безумную мечту? О старом сером доме, зеленом саде с замшелыми разбитыми статуями и дикими подснежниками под деревьями, о тумане, сквозь который слабо пробивается солнце, и о вас — в этом доме и в этом саду…
Умоляю вас ответить на это письмо и адресовать ответ на имя господ Эдуард. И пожалуйста, скажите мне, что вы верите в то, что мечты сбываются.
Ваш вечный ирландский странник,