Виновата кастрюля!
— Давай-давай, — коверкая русский язык, кареглазый турецкий красавчик с лакированной волной тёмных волос собрал «в гнёздышко» белый чулок. И, подойдя к кровати, предлагающе протянул его Галине. — Я помощь делать буду.
— Ну что ж… — вытянув носочек (чтобы было красивее), устремила вперёд правую ногу слегка сконфуженная Галя. — Пожалуй, помоги…
И парень, заарканив Галину стопу чулочным обнимающим «лассо», мелькая татуировкой «T;rk» (турок) на внутренней стороне запястья, ловко раскатал капрон.
Галина представила себя со стороны. Фото получилось бы — «огонь», для её подружек в социальной сети — горячий контент.
Вот только парень подвёл.
— Фсё! — закончив дело, подмигнул он Галине.
— Уже?! — не желала верить красавцу Галина.
Ну, а медбрат, раскатав на здоровой ноге пациентки стерильный чулок, медово улыбаясь, повёз её на операцию голеностопного сустава другой, пострадавшей вчера ноги.
* * *
Очнулась Галина в палате.
Вместо привычных очертаний своей конечности она рассмотрела в наступившей вечерней полутьме громоздкое сооружение. Галя поняла, что это и есть лонгет, о котором заранее, перед операцией, предупредил её хирург. А вот медбрат «на горизонте» не нарисовался.
Но Гале было больно, и она нажала на кнопку вызова персонала.
Красавчик прибыл мигом, вколол пациентке, страждущей утоления страданий, дозу спасительного лекарства, поправил одеяльце, белозубо улыбнулся и исчез.
Галя осталась одна.
Облегчение настало, но лежать на больничной койке в турецком госпитале, куда её доставили на скорой прямиком из пятизвёздочного отеля «всё включено», было душевно мучительно.
«Во всём кастрюля виновата! — закрыв глаза в нервозном полусне, решила Галя. Слеза скатилась по её щеке. — Большая кастрюля!»
* * *
Тот день был особенным.
Галина въезжала в собственную квартиру (пусть маленькую, с трудом и кредитом добытую), но свою!
Дом был новым, лифт ещё не работал, и Галя, как усердная пчёлка, летала со двора, где у подъезда ожидал её домашний скарб, до третьего этажа и обратно.
Кроме того, мечта о скорой свадьбе окрыляла Галю. Однако пчёлкин полёт прервала тревожная мысль.
«А Женька где? — взглянув на время в телефоне, нахмурила бровки Галя. — Куда запропастился?»
Галина немедля позвонила жениху.
* * *
— А где кастрюля? — Галина в упор и с вызовом смотрела на сильно припозднившегося молодого человека, встреченного ею у подъезда. — Евгений, где кастрюля?
— Какая кастрюля? — ощетинился Евгений.
— Большая кастрюля! Она здесь стояла! — указывая на пустую скамеечку, сердито недоумевала Галина. — Я за ней спустилась, а тут пусто!
Женя виновато подёрнул острыми плечиками, мельком осмотрелся, но тщетно.
— Так где кастрюля? — несмотря на растерянность жениха, настаивая на своём, вновь вопросила Галина. Ключ от квартиры, лежащий в кармане, делал её хозяйкой положения.
— Скомуниздили твою кастрюлю! — психанул жених.
— Как скомуниздили? Это ты виноват! Где тебя носило?.. — грубо, как гвоздями, словами забивала «под каблук» Евгения раздосадованная Галя. — Хорошая была кастрюля… Большая!
— Вот зачем тебе большая кастрюля? — не выдержав, взорвался-таки Женя.
— Ты долдон? Чтобы кушать!
— Куда тебе из большой кастрюли кушать? Ты ж сама как большая кастрюля… Хорошо, что украли! Скажи ворам спасибо! Позаботились, блин.
* * *
Следующим утром Галя пришла на работу весьма расстроенной.
Она загрузила в кофеварку свежие зёрна и, в ожидании бодрящего напитка, решила посоветоваться с подругой-сотрудницей, которая деловито сидела за своим столом с документами в руках, читала их и даже что-то карандашиком подчёркивала.
— Скажи, я толстая? — Галя повернулась боком, оценивающе рассматривая себя в большое офисное зеркало. — Женька запретил мне из большой кастрюли есть.
— Ты из большой кастрюли ешь? — удивилась Галина коллега, оторвав внимание от бумаг. А секунду подумав, подавила: — Ну да… вообще, чуток заметно… Но ты же из неё уже не ешь?
— Не ем, — подтвердила Галина, — большой кастрюли уже нет… И Женьки нет.
— Куда все делись? — окончательно вынырнув из рабочего состояния, озадачилась проблемой Гали её подруга.
— Кастрюля при переезде пропала, — беря в руки чашечку с горячим кофе, исповедальным тоном сообщила Галина, — вор украл.
— А Женю — баба? — ни в лад, невпопад брякнула подружка, чем ужасно рассердила собеседницу.
— Какая баба? — сделав маленький глоточек, возмутилась Галя. — Он сам ушёл.