- С вами все будет в порядке, - пообещал он, храня во рту вкус его крови, точно послевкусие элитного вина.
- Спасибо, - прошептал Уилл, шумно сглатывая и глядя ему в глаза, - Ганнибал, вы ведь не позволите мне остаться одному? Пожалуйста, не делайте этого.
- О чем это вы?
- О том, что вы безнадежно глупый, - улыбнулся Уилл, обнажая белые, окровавленные зубы, - вы потерялись в ваших чувствах, эмоциях и образах, в вашем собственном личном мире, потерялись вместе со мной. Но я-то знал, что все не может быть так прекрасно. И да, мир жесток, Ганнибал, но для нас с вами он жесток по-разному. Я знал, что с Мириам что-то неладно, я знал, что вашу сигнализацию можно обойти, если знать, как. Я охранял вас вместе с вашим уютным миром.
Ганнибал с сомнением посмотрел на него, но Уилл говорил вполне трезво, понимая, что говорит.
- Джек начал подозревать вас, - сказал он, покусывая губу, - сразу, как только вы приобрели меня. Потому что вы его разозлили. Вы ему разонравились, и он сразу же начал замечать в вас подозрительные черты. Он хотел следить за вами, но не рисковал заставлять меня делать это, потому что он понял, что между нами… что-то есть.
Уилл криво улыбнулся, а потом продолжил говорить, и каждый его тяжелый выдох царапал по сердцу.
- Думаю, он сразу же начал искать подходящего агента. Поначалу он выжидал, но когда Ивэнс был убит, Джек решил перейти к решительным действиям. Начал активнее уговаривать Мириам втереться к вам в доверие и узнать о вас побольше. А Джек умеет давить. О, он очень хорошо умеет добиваться своего, почти так же хорошо, как и вы. Быстрота и натиск.
- Вы считаете, что Джек подослал ко мне Мириам? - Ганнибал наконец-то сориентировался в его предположениях.
- Она не призналась, но я понял, что стоит за этим визитом. Вернее, кто. Ганнибал, - Уилл зажмурился на мгновение, сглатывая кровь пополам со слюной, - я поступил бы именно так, если бы пытался поймать серийного убийцу. Сложно, почти невозможно получить ордер на обыск на основании смутных, сомнительных подозрений. Гораздо проще рискнуть и проверить их, нарушив закон. Ведь победителей не судят.
Ганнибал перевел взгляд на Мириам, но ее слова Уилла задели мало, он вдруг почувствовал, как далеко она сейчас. Как низко и глубоко она провалилась в собственные воспоминания, в скверно огороженную, затолканную внутрь сознания травму, как в зыбучий песок. На Джека работали прекрасные специалисты, и он не желал отпускать от себя ни одной ищейки. Даже безнадежно раненых и искалеченных.
- А теперь выслушайте, что я вам скажу, - Уилл вдруг вскинул голову, - вы преступник, и Мириам поступила правильно, посчитав меня соучастником. Но я не хочу ее спасать. Она, - голос его напряженно задрожал, - выстрелила мне в лицо!
- Тогда позвольте же мне…
- Нет, Ганнибал, - тихо, но твердо возразил Уилл, - это то, что Джек ждет от вас. Это пропавшая без вести Мириам, это нитки, которые неуловимо потянутся к вам. Джек хочет видеть вас на электрическом стуле, ну или как минимум - за решеткой до конца ваших дней.
По плечам Уилла пробежала судорога, и он прижал ладонь к лицу:
- А я не хочу этого. Я хочу, чтобы вы жили.
- Для того чтобы быть с вами?
- Не так важно. Главное, чтобы вы… Мне нравится мир, где вы есть, - прерывисто выдохнул Уилл, потянулся к нему, но не стал дотрагиваться, как прежде, когда они оба были предупредительно вежливы и делали вид, что безразличны друг другу. Ганнибал сам обнял его, и Уилл влажно задышал ему в ухо:
- Не поступайте глупо, Ганнибал. Не подставляйтесь. Ваша гордость задета, но мы найдем способ смягчить эту боль. Только не убивайте Мириам, не делайте то, что Джек ждет от вас.
- Алана, - проговорил Ганнибал, и запах Маоры словно появился в воздухе, - мы составляли с ней подборку кортизолосодержащих препаратов для уничтожения краткосрочной памяти.
- Тогда вы планировали дать их мне?
- Да. У них масса побочных эффектов.
Уилл коротко прижался щекой к его щеке, а затем отстранился, уткнувшись руками в бока, прошелся туда-обратно, вдохновленный его словами:
- Смотрите, Ганнибал, - проговорил он, проводя ладонью по воздуху, словно выстраивая мысли в своей голове, - вы можете ввести Мириам те препараты, а после отнести ее в машину. Они оказывают снотворное действие?
- Не снотворное, но подавляющее. До прихода в сознание пройдет около восьми часов.
- Вы можете с утра “случайно” обнаружить автомобиль Мириам неподалеку от дома, - задумчиво проговорил Уилл, - а дальше “оказать ей помощь” и позвонить ее мужу. Так или иначе, она ваша пациентка, и вы сможете контролировать ее в дальнейшем.
Ганнибал едва заметно ухмыльнулся. Препараты, о которых шла речь, были куда более токсичны, чем нейролептики, и намного менее проверены. В его арсенале были и другие, испытанные средства для подавления воспоминаний, но их применение требовало больше времени.
Мириам, погруженная в собственное прошлое, смотрела куда-то сквозь стену, не желая признавать настоящее. Да, пожалуй, можно было бы начать с кортизолосодержащих средств, а потом, во время сеансов, попробовать все остальное. В процессе постепенного угнетения и деградации тоже была своя прелесть… особенно если суметь подать это как выздоровление и счастливое избавление от травм и тяжелых воспоминаний.
Ганнибал посмотрел на Мириам вновь, еще внимательнее.
- Ее пистолет… - проговорил Уилл, стоя рядом с ним у стены, такой же равнодушный и отстраненный, как и он сам, - у меня есть подобная обойма, она лежит в верхнем ящике стола. Мысль о расстрелянной обойме будет мешать, не давая ей покоя, так что лучше замените ее.
- Вы внимательны к мелочам и умеете прятать улики.
- Я умею их искать, - возразил Уилл и медленно сполз по стене.
***
Черная Тойота Альфард оказалась припаркована в темном переулке совсем неподалеку от дома, и Ганнибал, обнаружив ее, вернулся в дом за Мириам, которая послушно и спокойно сидела на диванчике в гостиной. Аккуратно подхватив ее под колени и лопатки, Ганнибал поднял ее на руки:
- Будьте умницей, Мириам, - сказал он негромко, обхватите меня за шею.
Она не сразу послушалась, но все же подняла руки, обнимая его, зрачки ее едва заметно пульсировали, скверно реагируя на смену освещения. Если у нее были проблемы с надпочечниками, эксперимент с препаратами мог дорого обойтись для здоровья.
Ганнибал спокойно вышел из дома, держа ее на руках. Если бы не подлое проникновение на его территорию, он бы отнесся к Мириам гораздо более миролюбиво и даже, возможно, проникся расположением за проявленный интерес. Но покушение на Уилла он простить не мог. Впрочем, теперь у них с Мириам впереди много, очень много времени.
Он легко усадил Мириам на водительское сидение, с удовольствием отметив, как хорошо подействовал препарат: никаких глупых вопросов или возражений. Ганнибал аккуратно протянул широкую ленту ремня безопасности, пристегнув ее, и покровительственно погладил Мириам по щеке. Она не улыбнулась в ответ на прикосновение, но Ганнибал в этом и не нуждался.
Со спины вдруг раздались шаги, и он резко развернулся, готовый на месте разобраться с ненужным свидетелем, но тот негромко выдохнул и взмахнул руками, отшатнувшись.
- Это я, - выдохнул Уилл, потирая ладонью лицо, - а вы меня чуть не прикончили.
- Вы должны были лежать там, где вам велено, - процедил Ганнибал, чувствуя, что готов сорваться.
- Я не могу, - Уилл мрачно посмотрел на него в ответ, под глазами отчетливо залегли черные синяки. Наспех заклеив рану на лбу пластырем, полумертвый от потери крови, он, тем не менее, оделся и зачем-то пришел сюда. Ганнибал чувствовал, как звенит тугая шнуровка собственного самоконтроля, но молчал.
- Если вам станет легче, то после я буду вести себя так, как вам нравится, не стану перечить целую неделю, - еще более мрачно пообещал Уилл, и контраст с его родным, светлым, милым сердцу образом был так разителен в эту минуту, что Ганнибал засомневался – действительно ли он сам хотел Уилла, или это было ассоциативное наваждение?