Поморщившись от того, что стражники, до этого лениво о чём-то переговаривавшиеся, перехватили копья поудобнее, приготовившись в случае чего пустить их в ход, Корэр слегка приподнял руки, раскрыв ладони для демонстрации, что он безоружен, хотя от стражников не укрылось, что к поясу его был пристёгнут дорогой клинок, с искусно выкованной рукоятью.
Молчание первыми нарушил один из стражников:
— Кто такой?
— Я от Сморока.
Лица солдат стали ещё более настороженными, они тут же переглянулись, отвлёкшись от чужака лишь на мгновение, которого Корэру бы запросто хватило, чтобы прикончить обоих, но он так и не сдвинулся с места, хотя картина выколотого глаза одного и перерезанного горла другого, встала перед глазами слишком ярко, заставив арию поморщиться. Всё же в нем оставались замашки того Корэра, что просиживал дни в библиотеке, и не хотел убивать потому, что боялся запачкаться.
— И где же сам Сморок? Не уж-то отправил к своему царю какого-то бродягу, пока сам скачет по бабам, с дружком, которого вытащил из каталажки? — насмешливо поинтересовался стражник, задавший и первый вопрос.
— Мёртв Сморок. И Ремок мёртв — отдал свою жизнь сражаясь с тварями пустоши.
И вновь стражники переглянулись.
— А ты значит продолжаешь его светлое дело? Экий благородный. А чем докажешь, что это всё не выдумки?
Корэр вытащил из кармана перстень, найденный в вещах Сморока. Если Корэр хоть что-то смыслил об аристократах, привычки которых оставались одинаковыми во всех мирах, украшение служило чем-то вроде распознавательного знака, тем более на нем были выгравированный детали царского герба.
Стражники вновь переглянулись. По мнению Корэра они слишком часто выпускали его из виду, в Империи такую глупость никто бы не совершил.
— А может ты просто украл побрякушку? В любом случае царь принимает посетителей через три дня во второй ур от полудня Тогда и приходите. Пока ничем не можем помочь.
Корэр скрипнул зубами, опять он хотел по хорошему, но в этих диких мирах никто похоже не понимал слов. Стремительным движением одной только левой руки он поддел Вихрь, охотно скользнувший из ножен. Клинок, воспарив, оказался у горла молчаливого стражника, а Корэр устремил на того, что задавал вопросы, леденящий взгляд, процедив сквозь зубы:
— Вы, чернь, слишком много на себя берёте! Ты сейчас же бежишь, и докладываешь о нас царю, и мне плевать, чем он сейчас занят. Ты доложишь ему спит ли он, ест, кувыркается с девкой или умастил свою царскую задницу на сартир. То, что он убьёт тебя ещё не факт, а я прикончу точно, — при этих словах ария отделил от лезвия клинка треть, которая тут же распалась мельчайшей пылью, собравшись уже тонким обручем на шее стражника, оставшаяся частьже вернула форму клинка, каким была изначально, но с немного укороченным лезвием. — Я колдун, и мне не нужно резать тебя вот этими вот руками, достаточно толькоподумать. Поэтому пшёл.
Стражник, бросив копьё, помчался по за́мковым коридорам, звякая напалированными до блеска пластинками доспеха, надетого поверх кольчуги.
Привязав джоней у оградки клумбы, на уход за которой потратили не один ход, отрядники поднялись к Корэру, так что когда в сопровождении стражника явился слуга-провожатый, «спасители мира» были уже все в сборе. Раскланявшись, слуга вежливо уточнил у них:
— Мы понимаем, что господа после дальней дороги, однако не изволите ли сначала рассказать все его высочеству, а уже потом отправиться отдыхать?
Корэр утвердительно кивнул, возвратив весь Вихрь в ножны, что позволило стражнику наконец облегчённо выдохнуть.
Их провели в обход церемониального зала в большую, дорого обставленную комнату. Перед входом слуга сообщил, что оружие необходимо передать стражникам, стоявшим у двери, но Корэр взглянув на него исподлобья, проговорил:
— Сморок погиб из-за того, что пошёл на встречу с назвавшимися посланниками его высочества без клинка и соратников. Я подобные глупости повторять не стану. Можете по правую и левую руку от каждого из нас поставить по стражнику.
— Позвольте уточнить насчёт этого у его высочества?
Корэр кивнул и слуга скользнул за дверь, очень скоро распахнув её перед отрядниками.
Царь сидел в роскошном кресле, на столике рядом с ним стояла какая-то выпивка, налитая в бокал, явно исключительно для виду, ведь лик правителя был лишён всякой праздности. Царь сосредоточенно, не скрывая любопытства, разглядывал вошедших.