Они играли в гляделки. Секунды растягивались. Он видел своё отражение в её тёмных зрачках. И видел в них же свою собственную унизительную покорность, которую ему теперь предстояло облечь в действие.
С тихим, почти неслышным выдохом капитуляции он отвёл глаза. Его пальцы, всё ещё влажные от испарины, потянулись к узлу галстука. Он двигался быстро, эффективно, без лишних движений, но в его действиях читалась лёгкая, едва уловимая торопливость. Пиджак был повешен на спинку кресла, галстук снят, пальцы принялись расстёгивать пуговицы на рубашке.
Аня втала, опершись о его стол, и наблюдала. Внутри у неё бушевал ураган. Вид этого могущественного мужчины, спешно раздевающегося по её приказу, вызывал головокружительную смесь эйфории, животного страха и щемящего возбуждения. Кровь стучала в висках, а между ног возникла тяжёлая, пульсирующая теплота. Но снаружи она была льдом. Её взгляд был бесстрастным, оценивающим, как будто она проверяла качество товара.
Он сбросил рубашку, затем обувь, носки, ремень. Его тело оказалось именно таким, каким она его представляла — подтянутым, мускулистым, с рельефным прессом. Кожа на его груди и плечах слегка вздымалась от учащённого дыхания. Он уже остался в одних трусах.
— Время, — отрезала Аня, глядя на экран телефона. Доминик не уложился на несколько секунд.
Его уверенность дала осадку, как фундамент после первого толчка во время землятресения.
Эта маленькая победа, это зрелище его потери контроля наполнило Аню такой силой, что ей показалось, будто она парит над полом.
Анна сделала вид, что изучает список, скользя по пунктам пальцем. Названия были безупречно деловыми. Её сердце колотилось где-то в горле.
— Нарушение дисциплины, и санкции- это один из первых пунктов правил, -произнесла она тихо, кивая в сторону планшета.
— Наказание — оставаться в текущем виде до обеда. Вы не получаете право одеться.
Он резко выдохнул, взгляд его потемнел.
— Анна, это неприемлемо. У меня в одиннадцать видео-конференция с советом директоров.
— Это ваша ответственность, Доминик. Брифинг окончен, — её голос был стальным, не оставляющим пространства для возражений. — Если пожелаете, в 12:00, мы можем всё же начать обсуждение правил. За это время я полностью изучу ваш список. А вы можете… заняться рабочими моментами. Ровно в двенадцать я вернусь для следующего брифинга. Надеюсь в этот раз Вы не заставите себя ждать.
Не дав ему опомниться, она развернулась, взяла со стола планшет и вышла из кабинета, оставив его стоять в центре роскошного офиса — раздетого до трусов, взвинченного и недоумевающего.
Она вышла из кабинета, прошла через офис с безупречно спокойным лицом, села в лифт. И только когда двери закрылись, она прислонилась к стене, дрожа всем телом, и прикрыла глаза, пытаясь перевести дух.
Сев в лифт на автомате, Аня лишь на середине спуска поняла, что едет вниз. Рассеянно улыбнувшись своему отражению в полированных стенках, решила выйти на врздух. «Идиотка, — пронеслось в голове. — Ты забыла, что у тебя теперь есть рабочее место». Но внутри всё пело и ликовало. Она только что пережила самый интенсивный и властный опыт в своей жизни.
Аня вышла на улицу, вдохнула прохладу, давая ей остудить пылающие щёки и привести в порядок вихрящиеся мысли. Десять минут она просто ходила вокруг здания, пытаясь вернуть себе ощущение реальности. Как стать не просто Аней, матерью двоих детей с ипотекой? Как приказать раздеться своему начальнику.? И не сойти с ума? Эти мысли были одновременно пугающими и сладко пьянящими.
Вернувшись на свой этаж, она с новым чувством собственного достоинства прошла к своему столу. На экране компьютера горело уведомление о новом внутреннем письме. От Доминика.
Текст был выдержан в безупречно деловом стиле. Небольшой список поручений: ознакомиться с архитектурой текущих проектов, составить предварительный список контактов для предстоящих переговоров, изучить отчетность за последний квартал. Ничего сверхсложного, обычная работа ассистента. Но в конце, после подписи, стояла отдельная строка:
«P.S. Ваши действия сегодня утром были более чем эффективны. Я впечатлён. Д.»
Эти слова заставили её сердце сделать сальто. «Впечатлён». Доминик признаёт её силу, что придало ей уверенности. И мысли о сумасшедшии стали уже не такими навязчивыми.
Аня открыла письмо для ответа. Сначала робко, затем всё увереннее, тщательно подбирая слова, стараясь сохранить баланс между своей новой ролью и необходимостью прояснить ситуацию.