На пороге она обернулась. —До завтра, Доминик.
Дверь закрылась за ней с тихим щелчком. Она осталась одна в безупречно чистой приёмной, опираясь на стену, потому что колени вдруг стали ватными. Сердце колотилось, выстукивая бешеный ритм. Что она только что натворила?
Но сквозь страх пробивалось другое чувство — острое, головокружительное, запретное. Чувство, от которого перехватывало дыхание и сжималось внизу живота.
Аня только что издала свой первый приказ. И он прозвучал не как просьба, а как данность.
Завтра она узнает, был ли это её триумф… или начало краха.
Контракт с тенью
Глава 4.
Отчёт лёг на его стол ровно в 8:00. Сухой, лаконичный, исчерпывающий. Анна Власова. 40 лет. Замужем. Двое детей. Ипотека. Работа в небольшой конторе менеджером, хотя образование неплохое. Муж — неудачник, погрязший в долгах. Ни намёка на связи, скандалы, двойную жизнь. Абсолютно серая, предсказуемая биография «маленького человека».
Доминик откинулся в кресле, сжав переносицу. Разочарование было острым и горьким. Волков ошибся. Эта женщина была не просто не его типа — она была из параллельной вселенной, мира, который он давно перерос, мира проблем, которые он решал одним росчерком пера. Милая? Возможно. Но «милая» не была тем топливом, на котором работала его машина. Ему нужен был вызов, сила, огонь. А он видел перед собой отчёт о тихом отчаянии.
Вопрос «зачем?» висел в воздухе. Какую пользу он мог извлечь из этой встречи? Никакой. Это был тупик.
И всё же в 9:00 он сидел в своём кабинете, ожидая её. Из чистого любопытства. Из желания доказать самому себе, что его инстинкты не подвели его вчера, когда он отправил отклик на резюме.
Когда Анна вошла, его первые впечатления лишь подтвердились. Испуганный взгляд, скромная одежда, нервные движения. Она была как перелётная птица, залетевшая не в то окно. Доминик уже мысленно составлял вежливую отписку, которую ему придётся ей выдать.
Но потом она начала говорить. И что-то пошло не так.
Эта женщина не лебезила. Не пыталась произвести впечатление. Её голос, сначала дрожащий, приобрёл странную, металлическую твёрдость в процессе разговора. В её глазах он увидел не страх службы, а ярость загнанного зверя. И это было… неожиданно.
А потом прозвучала та самая фраза. Та, что перевернула всё с ног на голову. «…в теории я, наверное, доминатрикс. Тот, кто доминирует. На практике… я всего лишь теоретик.»
У него перехватило дыхание.
В этой одной фразе заключалась вся её суть. Вся глубина, вся боль, вся нереализованная мощь. Это была не наигранная скромность, а шокирующая, оголяющая нервы честность.
Его аналитический ум, который секунду назад всё ещё пытался просчитать её полезность, дал сбой. Доминик завис, как перегруженный процессор. Параметры не сходились. Внешность — обычная. Биография — серая. А внутреннее содержание… Он смотрел на неё и видел не милую женщину сорока лет. Он видел алмаз, грубый, неотполированный, закопанный под тоннами бытовой грязи и чужих ожиданий. Но алмаз.
Её взгляд, испуганный, но не отведённый ни на секунду, прожигал его насквозь. Она смотрела прямо в него, видя, возможно, не могущественного Доминика Виншу, а просто мужчину по ту сторону стола. И в этом взгляде не было подобострастия. Было равенство отчаяния. Его отчаяния от скуки и предсказуемости своей жизни. Её — от безысходности.
Он предложил ей контракт не потому что просчитал выгоду. Рука потянулась к ручке сама. Повинуясь древнему, животному инстинкту охотника, нашедшего наконец-то достойную добычу. Хотя нет. Не охотника. Коллекционера, увидевшего уникальный, единственный в своём роде экспонат.
Когда дверь за ней закрылась, Доминик остался сидеть в кресле, глядя в пустоту. Отчёт о ней лежал перед ним, но он был теперь бесполезен. В нём не было главного- её тайны. Не было этого огня, спрятанного под пеплом. Не было этой пугающей, гипнотической чистоты.
Доминик нашёл загадку, самую сложную и самую завораживающую в своей жизни. И он уже знал, что не успокоится, пока не разгадает её. До последней чёрточки. До самой сути.
И впервые за долгие годы его жизнь перестала быть предсказуемой. В ней появился риск. И от этого по спине пробежал не страх, а живой, настоящий трепет.
Меж двух миров
Глава 5
Последний день на старой работе пролетел в лихорадочном вихре: сдача дел, прощальный созвон с бухгалтерией, подписание документов. Суета была спасительной — она не оставляла ни секунды на раздумья, на то, чтобы осознать весь сумасшедший масштаб принятого решения. Аня действовала на автопилоте, улыбалась коллегам, говорила что-то о «новых возможностях», а внутри был лишь оглушительный гул, как после взрыва.