языке.
- Ой, кто это?
- Я майор вербовочного центра Вселенского Здравого Смысла. Ты
нам нужен. Пришло время рассчитаться за долги.
- Fuck you!
Бегу в ванну и долго умываюсь холодной водой. Хотя внутри с у-
жасом понимаю – грибы этим не остановить. И Левитан тоже – будто
читает мои мысли:
Можешь еще побриться, все равно не поможет.Ты нам нужен. Ты
– наш агент. Пришло то самое время. Полнота време исполнилась.
Пора, друг мой!
- Кому вам? Какая полнота? Что пора-а?
- Мы единственная разумная во вселенной цивилизация. Мы те ко-
го вы называете грибами, и до сих пор не можете классифицировать
– растения мы или животные.
- А люди?
- Мы создали людей с целью извлечения вакцины от грибного
гриппа.
Наши агенты уже заканчивают свою миссию на Земле. Нам нужна
твоя помощь.
Неужели я сошел с ума? Страх охватывает меня ледянной волной.
Где-то в глубине я знаю, что это грибы долбят мой несчастный мозг, но раньше таких «информбюро» не было.
Ходу из этой комнаты, к людям!
На ватных ногах выхожу в другую комнату. Раф положил голову
на стол и спит. Я трясу его, но его не разбудить. Мертв! В ужасе по-
нимаю я. Ебаный в рот – теперь еще и мокруху повесят менты. Отра-
вил пацана!
Быстрее на улицу. На воздух. Господи, спаси и сохрани, защити
Господи!
А там – блядский хеллоуин – со всех домов светят глазами жуткие
тыквы. Полная луна освещает толпу ряженных мертвецов. Они кру-
гом. Они выстраиваются вокруг меня в жуткий хоровод.
Наверное я останусь психом на всю жизнь. Обычно от грибов бы-
ло весело и светло. Что же это?
52
- Далеко убежал? - спокойный голос майора возвращает меня в
действительность. Нет – действительность это вон та толпа мертве-
цов под Луной. Блять. Совсем запутался. Иду в хату Никки.
Там черная подружка Никки, толстая как диван Мэри Лу говорит
мне почему-то голосом Рафа : «Yoou goonna beee fine, Russkyiiii»
- Мы дадим тебе вечную жизнь. Все о чем может мечтать ограни-
ченный материализмом человеческий мозг. Ты станешь равноправ-
ным грибом. За маленькую услугу. А теперь посмотри на свои
новые возможности:
Я оказываюсь в космосе и смотрю на землю со стороны Луны.
- Только подумай где тебе хочеться очутиться – и ты уже там.
Мне ничего путного не идет в голову. А можно во дворец Муамара
Каддафи?
- Конечно. Только имей в виду разницу в часовых поясах – он на-
верное уже спит.
На экране гиганского телевизора черно-белые кадры классики со-
ветского порна – «Приезд товарища Луиза Корвалана в город-герой
Москву».
ДВД-плейер настроен так, что все время проигрываеться одна и та
же сцена – У трапа Корвалана встречает Леонид Ильич Брежнев и
долго, сочно, со вкусом целует его в губы.
В момент поцелуя полковник Каддафи со стоном втягивает в рот
блестящий, словно из китайского кожзаменителя, черный хуй
бедуинского верблюда драмодера, приструненного тут же, к
телевизору.
- А к Путину можешь?
- Эк куда махнул, друг. Да его штоп увидеть самому надо грибом
стать. Это особа приближенная к Верховному Грибу. Подписал кон-
тракт с нами еще когда в КГБ ему пришлось штудировать работу
«Ленин и грибник».
- Путин гриб?
-Гриб
- А Обама ?
-Конечно же - гриб
-А Гитлер – гриб?
53
- И Гитлер гриб. Все люди чье имя всем известно – грибы. Кроме
Каддафи. Он не подписывает контракт, потому что в Ливии нет гри-
бов. Только гавно импортное.
Сегодня время и тебе принять решение. Сделай шаг в вечность.
- А как я бап ебать буду если я гриб?
- А как нехуй делать.
Только он это сказал – дверь открываеться и в комнату входит
Никки.
Она садиться на край моей кровати и смотрит мне в лицо.
- Oh, Nicky..- она закрывает ладонью мой рот и начинает разби-
раться с ремнем моих джинсов.
Вот она нашла то что искала и нежно обвалакивает мой хуй губа-
ми Анжелины Джоли. Ох как беспокоен ее упругий язычок – у меня
сейчас сердце из груди выпрыгнет.Вот и подкатил тот момент, зна-
комый каждому, когда ты на на все 100 уверен – ща каак брызнет, в
это сладосный момент Никки смотрит на меня и говорит голосом
Юлии Тимошенко – будем подписывать?
После этого она выскакивает из комнаты.
Блять.Натягиваю штаны находу и стремглав за ней – но ее нигде
нет.
В комнате только мертвый Раф и люди в одежде бременских
музыкантов.
-Никки! Где Никки?! - воплю я что есть сил
- У ней бэд трип – ей кажеться, что она в рот брала у незнакомого
парня. Иностранца паходу. –обьясняет мне Мэри Лу
- No wonder she was gulpin’ them, goddam ‘shrooms like fuckin’
popcorn- вдруг совершенно трезвым голосом говорит Раф.
«Кажется, скоро отходняк»- добавляет он.
Действительно – вроде не глючит больше. Леваватые грибы у этой
Никки.
Мы садимся смотреть мувиченнел, и в каждом фильме я слушу
призыв вербовщиков.
Я уже никогда не буду тем кем был до этих грибов. Слишком мно-
го знаю. Они покончат со мной при первой возможности.
Я решаю подписать контракт. Это просто - нужно дойти до маши-
ны и захуярить остатки грибов – и без севнапа проконают. Потом я
получу подробные инструкции и задание.
54
Перерыл все. Нашел мобилу и бумажник. Грибов нет. Черт!
Думаю спиздил Раф. Пока Никки отвлекала и брала у меня в рот.
Ну и хрен с ним – кажется самой лучший в жизни кайф, это когда
ты абсолютно трезв.
Сколько же можно страдать всякой хренью? Грибом заделаться и-
ли стать нормальным человеком – с женой и детьми. С Лилей!
***
Сегодня или никогда. Я иду в церковь. У меня нет просто другого
выхода.
Попав в их святую среду, я соскочу с метамфетамина, он ведь так
не ломает как гера.
Тут важно отвлечься и найти новый интерес, чтоб жизнь скучной
не казалась и все, и спрыгнешь. Зависимость на девяносто процентов
психологическая. В первый раз что ли? Главное чтоб в последний.
Стар уже для наркоэкспериментов.
Потом опять же Лиля – с «мирским грешником» она не то, что
знаться не захочет – родители не позволят.
А она мне понравилась - Лиля. Лили. Лилия.
Тут ведь и очарование её невинной юности и моя твёрдая уверен-
ность, что «там» у меня стопроцентный шанс. Это всегда окрыляет.
Добычу даже не надо загонять, она уже в лапах, подраненная. Об-
вязываюсь крахмальной салфеткой.
Опять же схемка моя лёгкого обогащения на доверии. Хотя не ду-
маю, что так легко все пойдет как у Шрилы Прапхупады. Тут наско-
ком не возьмёшь.
Псалом то он пел, конечно, бездарно, гнусаво, но глаза у этого дя-
ди Саши, как у Гарри Каспарова. Холодные и умные. Слышали
выражение – глаза-буравчики, это вот они самые и есть.
Схватка ещё впереди. Я её предчувствую.
Тащу с собой мычащего и упирающегося Рафа, одному такое не
под силу. Он планировал покаяние не раньше светлого дня Пасхи. У
меня нет времени ждать до Пасхи. Обещаю ему режим наибольшего
благоприятствования на магазине ночью, лишь бы пошёл со мной в
эту церковь.
Одному страшно до жути. Я всегда теряю уверенность при боль-
шом скоплении незнакомых людей.
55
В дороге Раф проводит инструктаж.
- Ты только на сестёр там не пялься!
- На твоих сестёр?
- Все женщины там – называются сестры, а мужчины – братья.
Раф поражён моей темнотой.
Это обычное для Америки здание протестантской церкви, напоми-