ку таких вот дорог. Сколько крошек летело с барского стола.
Ну и что? Выиграли то от этого все.
Или вы полагаете, что если в России вместо одного низкорослого
президента, придёт красавец и женский баловень, и вообще умница, типа Навального, дороги сами тут же выровняться, а пилить
перестанут?
Не смешите меня – «дураки и дороги», а также «воруют!» это наш
брэнд и консолидирующая национальная идея.
А ещё я думаю, пилили даже при Гитлере, когда строили знаме-
нитые автобаны и заводы фольксваген .
Не будут пилить, только если совсем отменят деньги, упразднят
капитализм, и все станут христианскими анархистами, как ваш по-
корный слуга.
***
110
Русскоязычных христиан веры евангельской, «птенцов Воронаева»
в больших американских городах тысячи! Тысячи!
В каждом городе – три-четыре «братских церкви».
Работаем мы так.
Брат Степан говорит короткую проповедь о том, что деткам в
Молдавии совсем несладко. Потом добавляет, что Церковь жива, и в
неё вливаются даже последние, конченые наркоманы (один как раз
приехал с нами).
Моя задача в схеме была разогреть публику перед гвоздем про-
граммы – проповедью Афони.
Если после Степана люди из уважения опускались на колени и ко-
ротко молились, то после меня молитва длилась уже минут
пятнадцать-двадцать.
А Афоня… Афоня - их просто уже доводил до полного исступ-
ленного безумия. Проповедникам нельзя аплодировать, и об успехе
или провале проповеди можно судить по длине и интенсивности мо-
литвенного экстаза после. Чем длиннее и горячее молитва, тем
успешнее ваша проповедь.
Толпа это женщина, которая любит ушами. Толпу надо разогре-
вать, а потом, потрудившись, доводить до оргазма.
А под занавес, пока все уже «в Духе», брат Степан ловко прошвыр-
нётся по рядам с тарелочкой для сбора пожертвований.
Для приюта в Молдавии. Почему в Молдавии – а просто брат Сте-
пан – гагауз. Молдавский турок. Или турецкий молдаван.
Особенно запомнилось выступление в Майами, в церкви на девять-
сот человек. Колонный зал дома союзов.
А микрофон у меня был такой, что прямо у рта крепится, как у
Кристины Орбакайте.
Можно было бегать по стене, ходить, размахивать руками. Вот тут
уж я оторвался. Делал все как считал нужным, а не как рекомендо-
вал брат Степан. Понесло меня тогда – забыл даже, где нахожусь. С
Богом вёл диалог.
Билли Грэм пусть теперь мои записи посмотрит. Отработал на
«отлично», даже Афоня потом руку пожал. Крепко, по-мужски.
В той же церкви видел работу брата-пророка. У них обширная
программа была.
Пророческий
дар
от
Бога
у
брата,
что
тут
скажешь.
Предсказатель.
Во время молитвы он метался по залу, от человека к человеку, и
на ухо будущее всем нашептывал.
111
В основном баб выбирал, у тех нервы послабже. Вольф Мессинг.
Нет – Амаяк Акопян!
Мне тоже прорек : « Это тебе, грит, от Бога.Взявшись за плуг , не
повертай назад».
Прогон от Бога пришел с сильным украинским акцентом.
И хотя я знал о мелком трюке пятидесятников, все равно к проро-
честву отнёсся с максимальной серьёзностью.
Трюк, однако, заключается в следующем – проезжий пророк, за ве-
чер до шоу, встречается с пресвитером. Тот, владея всеми тайнами
исповедей, намекает на кого в его пастве и как должно подействовать
пророчество, и служение получается таким благословенным! Люди
аж выбегают вперёд, и, рухнув на колени прилюдно каются.
Обман? Разводка? Может быть.
Но в результате люди - то уходят со служения счастливые, про-
светлённые, зарядившиеся позитивом до следующего собрания. А
так ли это плохо?
Успешное руководство большим количеством людей, всегда содер-
жит элементы разводки. Люди такие разные. Их интересы часто со-
всем не совпадают.
Поэтому в вашей стране ничего не изменится, даже если вы умуд-
ритесь поменять лицо у Большого Брата.
Не тратьте короткое время жизни на демократические выборы и
построение гражданского общества.
Ищите Бога – остальное все приложится само собой.
***
Майами стал последней точкой в нашем победоносном турне.
Дальше уже была Социалистическая Республика Куба, где нашего
брата-проповедника не особенно жалуют.
Пришло время возвращаться домой.
В последний вечер, с боем отпросившись у брата Степана, прой-
тись вечерком по городу (на пляж не вздумай – ни дай Бог, верую-
щие братья встретят), я двинул в самый известный, после брайтон-
ских, русский ресторан в Майами. «Татьяна» называется. Давно хо-
тел посмотреть.
Через три столика от меня, с двумя бульдожьего вида охранника-
ми, и королевской грацией, кушала котлетку по-киевски сама Крис-
тина Орбакайте.
Иногда она подносила к уху золоченую нокию, и с кем-то пере-
шептывалась. Наверное, с Филипом Киркоровым. В Москву она явно
не торопилась.
112
***
Домой из турне, вернулся сдержанной и гордой походкой хозяина
жизни.
Я стал звездой русскоязычного населения всего восточного побе-
режья, и откушал с очередной примадонной российской эстрады.
Двадцать сотен брата Степана, моя доляна за гастроли, как гово-
рит Василий Макарович Шукшин : «Приятно жгли мне ляжку».
А запах новых соток! Согласитесь очень приятен.
Один мой знакомец, монгол, утверждает, что в типографскую
краску для долларов подмешивают кокаин. Чтоб люди мол подса-
живались на запах банкнот и все время хотели их обнюхать.
Эти уж мне неисправимые фантазеры-монголы.
Я двинул к Саркисянам прямой с корабля, в моем новом
«концертном» костюме. Пара поездок со Степаном, и я смогу вер-
нуть дядь Саше его задрипаный Додж. Мустанга куплю себе. Ну, не
последней модели, конечно, но так двух-трех летней свежести. Они
дешевле и гарантия на сто тысяч миль.
Теперь мне можно все.
На Лилю – ноль внимания, я теперь селебрити, как Бритни Спирс
или Кристина, у меня валяются ногах сестры из церквей шести шта-
тов. Я был слеп, а теперь прозрел.
Мои приёмчики начали копировать другие проповедники.
А две штуки за неделю! Как пилот Боинга севен форти севен
нахуй! Я пилот Священного Писания.
Мне нет равных в трех штатах, слышишь ты, дядя Саша, человек
со шрамом через всю башку.
А вот сегодня, из-за не чем необъяснимой моей безграничной бла-
годати я решил нанести вам визит. Автографы – после ужина.
Именно это написано у меня на гордом лице весь вечер. Ни одного
взгляда на Лилю – ни в глаза, когда ловит мой взгляд, ни на нежную
девичью жопу, когда выплывает на кухню.
А Виктор, сука, совсем уже освоился – тащит с Лил на кухню гряз-
ную посуду, елейно беседует с тётей Верой,вжился в мой образ, га-
дина подводная.
Ладно. Ноу биг дил.У меня теперь с братом Степаном очень тесны-
е отношения. Посмотришь как я тебе скушаю без соли. Ишак-мат-
рос долбаный. Дождись только до братского. Покажу как бьют
«метлой» церковной.
113
Откушав чинно кофею, собираюсь уже выметаться, как вдруг дя-
дя Саша приглашает меняв свой «офис». Так и говорит «офис».
Вчера, сука, электродами для сварки приторговывал – а сегодня
на тебе - «офис». Шансоньетка шантаная. Ладно. Поговорим.
Дядя Саша, плотно закрывает за нами дверь, и, прижав к груди
свою старинную Библию, начинает: