Перо замерло в руке Лавинии.
— Пишите, пишите! — приказала старая дама.
Лавиния дрожащей рукой записала продиктованные строчки. Это было так неожиданно: Флора — наследница! Просто замечательно! Джонатан Пит был разбит наголову!
Но то же можно было сказать о Шарлотте и о Дэниеле с его планами касательно Винтервуда.
Ей показалось, что в комнате слишком душно и жарко, а рука старой дамы, нетерпеливо выхватившей у нее перо, чтобы подписать этот дилетантский документ, похожа была на когтистую птичью лапу. Она подписала бумагу медленно, крупным дрожащим почерком, после чего откинулась на подушку и торжествующим тоном произнесла:
— Ну, а теперь вы, мисс Херст. Пишите, что вы свидетельница. И Элиза тоже. Ваши подписи придадут документу юридическую силу.
Лавиния повиновалась, Элиза последовала ее примеру.
— А теперь спрячьте это в бюро, заприте, а ключ отдайте мне. Хотя я и не боюсь, что кто-нибудь начнет что-то вынюхивать. Ведь они все думают, что мое завещание благополучно хранится в лондонском сейфе мистера Маллинсона. — Она снова начала посмеиваться, слегка задыхаясь при этом. — Этот кошмарный ребенок, Эдвард, чуть не оглушил меня сегодня своей трубой. С какой это стати ему должны достаться все мои деньги?
— А разве ранее предполагалось, что их получит Эдвард? — удивленно спросила Лавиния.
— Это не ваше дело, барышня, но я собиралась оставить свое состояние моей преданной племяннице, Шарлотте. — В голосе ее прозвучала странная саркастическая нотка. — Так что можете не сомневаться, в конечном итоге они попали бы в руки ее драгоценного Тедди. С чего бы еще она стала душить меня знаками своего внимания? А теперь возьмите Флору — это честный ребенок. И мужественный. И мне кажется, я не совсем ей безразлична.
— А как же ваш племянник, мистер Пит? — не удержалась от вопроса Лавиния.
Леди Тэймсон откинулась на подушки.
— Он-то?! — воскликнула она. В ее глазах сверкнуло злобное торжество, как если бы она получала удовольствие оттого, что сумела перехитрить этого наглого молодого человека. Но все происшедшее совсем ее обессилило. Она сказала очень усталым голосом:
— Побудьте со мной, мисс Херст, и я засну.
Лавиния послушно придвинула к постели кресло и села. Элиза вернулась к себе в постель, за ширму. Лампу притушили, и старая дама, казалось, уснула. Однако она все еще не успокоилась. Она стала шарить вокруг себя, и Лавиния взяла ее за руку.
— Жадность... — пробормотала она. На мгновение глаза ее открылись. — Вы, мисс Херст, тоже успели узнать, что представляют собой люди. Это видно по вашим глазам, Хотя вы еще слишком молоды для этого...
Наконец дыхание ее стало ровным, и она погрузилась в сон.
Глава одиннадцатая
Шарлотта приехала домой преисполненная бьющей через край веселости. По ее словам, они изумительно провели время: королева, выглядевшая после рождения своего последнего ребенка дороднее, чем когда-либо, была необыкновенно благосклонна, и, кроме того, они познакомились со множеством интересных людей. Она привезла детям подарки. Где ее солнышко, Тедди, и как поживает тетя Тэймсон?
Флора надеялась, что мать обратит внимание на ее новые туфельки. Она отбросила коврик и нарочно выставила напоказ свои ноги. Но Лавиния видела: когда Шарлотта небрежно поцеловала девочку и поспешила обнять Эдварда, Флора снова прикрыла свои тонкие ноги и погрузилась в глубокое молчание.
После этого Шарлотта потребовала, чтобы ей сейчас же принесли Сильвию, и маленький зверек грациозно выпрыгнул вперед и подставил спинку, чтобы его гладили.
Когда Дэниел, стягивая с рук перчатки, вошел в комнату, его взорам представилась привлекательная картина.
— Папа! — пронзительно крикнула вдруг оживившаяся Флора.
Дэниел нагнулся над ней и вытащил ее из коляски. При этом движении ее юбка заколыхалась в воздухе.
— Выходит, мисс Херст удалось сохранить тебя в добром здравии?
— О да, папа. Мы ездили в Дувр, и она купила мне туфли, о которых я говорила тебе. А вчера вечером мы все собрались в гостиной и мисс Херст танцевала с Эдвардом. А позднее пришел мистер Пит повидаться с бабушкой Тэймсон.
— Мистер Пит! — Шарлотта так и застыла. Глаза ее потемнели.