Я стояла и в изумлении смотрела на нее. Луиза скрывается в домике садовника. Она больна! И тяжело больна! Рози подошла к кровати и расправила покрывало, укрывавшее девушку.
— Ей очень плохо,— осмелилась она наконец сказать.— Хуже, чем раньше.
Я приложила ладонь ко лбу девушки. Он был как огонь. Повернувшись к Томасу, я спросила: — Почему вы не уведомили меня об этом раньше, Томас Джонсон?— Я не скрывала своего возмущения.
— Мисс Луиза не разрешила,— серьезно ответил он. — Я хотел. В тот же вечер, как она приехала, нужно было вызвать доктора. Но она и слышать не хотела об этом. Ей очень… очень плохо, мэм? _
— Да, ужасно,— сухо ответила я.— Позовите сюда мистера Иннеса.
Хэлси поднимался по лестнице довольно медленно, с интересом разглядывая все вокруг и ожидая получить удовольствие. Какое-то время он не мог разглядеть, что происходит в комнате. Остановившись, он посмотрел на Рози, потом на меня, и только после этого его взгляд остановился на лице лежавшей на подушке девушки. Думаю, он понял, кто это, еще до того, как разглядел ее. Хэлси быстро подошел к кровати и наклонился над девушкой.
— Луиза,— позвал он нежно. Но она ничего не ответила. По ее глазам было видно, что она не узнала его. Хэлси был молод. Болезни были ему чужды. Он выпрямился, все еще не отводя от нее глаз и схватил меня за руку.
— Она умирает, тетя Рэй,— сказал он хрипло.— Умирает! Она не узнала меня!
— Чушь!— возразила я. Я не выносила чувства жалости и от этого становилась резкой.— Ничего подобного! И перестань щипать меня за руку! Если тебе некуда применить свою энергию, пойди и удуши Томаса.
В это время Луиза закашлялась и немного пришла в себя, Рози приподняла ее за плечи и высоко взбила подушку. Луиза узнала нас. Хэлси только это и нужно было. Он считал: если она в сознании, значит уже поправилась. Он встал у кровати на колени, убеждая ее, что она поправляется, говорил, что она очень красивая и что мы перенесем ее в дом. Потом он окончательно сломался и замолчал. К этому времени я пришла в себя и выставила его из комнаты.
— Немедленно убирайся! И пришли сюда Рози.
Но далеко он не ушел, а уселся у дверей на верхней ступеньке лестницы, всего единожды покинув свой пост, чтобы позвонить по телефону и: вызвать врача. Он всем мешал, предлагая свои услуги. Мне все-таки удалось от него избавиться, послав подготовить машину на случай, если доктор разрешит перевезти Луизу в дом. Он прислал в сторожку Гертруду, нагрузив ее всякой всячиной, включая кучу махровых полотенец и коробку с горчичниками. Увидев Гертруду, Луиза обрадовалась. Девочки были знакомы друг с другом.
Пока мы ждали доктора из Инглвуда, я заставила Томаса прекратить объяснять мне то, чего он сам не понимал, а рассказать лишь то, что произошло.
Старик поведал мне, что в прошлую субботу вечером, около десяти часов, он сидел в гостиной и читал, и тут кто-то тихонько постучал в дверь. Старик был в доме один, Уорнер куда-то уехал, и вначале он не знал, стоит ли открывать. Но в конце концов все же открыл. И каково же было его изумление, когда он увидел Луизу Армстронг! Томас был старым слугой ее семьи. Он служил у родителей теперешней миссис Армстронг, когда та была еще совсем девочкой. Он очень забеспокоился, когда увидел Луизу. Заметив, что она очень устала и взволнована, Томас привел ее в гостиную и усадил в кресло. Через некоторое время пошел в большой дом и привел в сторожку миссис Уотсон. Они долго беседовали втроем. Старик сказал, что у Луизы какие-то неприятности, и она очень испугана. Миссис Уотсон приготовила чай и принесла его в сторожку. Луиза просила никому ничего не говорить о ее приезде. Она не знала, что родители сдали на лето Солнечное, и это известие расстроило ее еще больше. Она была в замешательстве. Ее отчим и мать все еще были в Калифорнии. Это единственное, что она рассказала о них. Почему она убежала из дому, девушка не объяснила. Арнольд Армстронг был в это время в Гринвуд-клубе, и Томас, не зная, что делать, решил отправиться туда по тропинке. Была почти полночь.
На полпути он встретил Армстронга и привел его в сторожку. Миссис Уотсон отправилась в большой дом за постельным бельем, так как было решено, что при сложившихся обстоятельствах Луизе лучше остаться до утра в сторожке. Луиза и Арнольд долго беседовали. Арнольд громко кричал и возмущался. Ушел он после двух часов и отправился к большому дому. Томас не знал, зачем. В три часа ночи Арнольда застрелили у винтовой лестницы.