Она чувствовала, как горит её лицо от лжи, но невозмутимо подмигнула. Сьюзи, хоть и выглядела не до конца убеждённой, в ответ слабо улыбнулась, подхватывая игру. Доверие взяло верх над подозрениями.
Они ещё немного поговорили о пустяках, создавая видимость нормальности, а затем вышли в холл. Мисс Гловер, уже одетая и собранная, с своим неизменным планшетом в руках, вышагивала перед группой, сверяя всех по списку. —Так, Вайолет и Сьюзан подошли. Вроде, все в сборе. Можем ехать.
Аян, безупречный и холодный, как всегда, открыл тяжёлую стеклянную дверь гостиницы. Вайолет, проходя мимо него, почувствовала на себе его колкий, оценивающий взгляд, будто рентген, просвечивающий её насквозь. Она не поддалась желанию обернуться, чувствуя, как по её спине пробегают ледяные мурашки.
Дорога до аэропорта в душном, раскалённом автобусе показалась вечностью. Вайолет смотрела в запылённое окно на прощающуюся с ней Калькутту, и её мучило невыносимое чувство вины. Сьюзи, болтавшая о том, как они будут вспоминать эту поездку, за эти две недели из просто одноклассницы превратилась для неё в настоящую подругу. Подругу, которую она сейчас бросала и обманывала самым чудовищным образом.
Наконец, автобус, громко пыхтя, остановился у хаотичного подъезда аэропорта. Процедуры регистрации и контроля прошли в сплошном нервном тумане. Вайолет двигалась на автопилоте, механически улыбаясь и отвечая на вопросы. И вот они уже в шумном, пропахшем потом и бензином зале ожидания. До объявления посадки оставалось пять минут.
— Я в туалет, — бросила она Сьюзи, указывая на свой скромный чемодан. — Присмотри, хорошо? —Конечно! — та улыбнулась ей своей самой ободряющей, ничего не подозревающей улыбкой.
Вайолет взяла свою сумку и направилась в туалетную комнату. Её сердце бешено колотилось, отдаваясь в ушах глухим стуком. Войдя в кабинку, она прислонилась к двери, пытаясь перевести дух. Потом, дрожащими руками, начала быстро переодеваться. Джинсы полетели на пол. Она надела простую, неяркую индийскую одежду, заплела волосы в тугую, неброскую косу и накинула на голову большой платок, скрывавший пол-лица и волосы. Теперь она выглядела как десятки других молодых индианок в аэропорту. Последним штрихом она сунула сумку под просторную курту, стараясь сделать её контуры менее заметными.
И тут из-за двери донёсся тот самый, запланированный звук — оглушительный, пронзительный вопль Сьюзи. — МОЙ ПАСПОРТ! Я ПОТЕРЯЛА ПАСПОРТ!
По плану, Вайолет нужно было ждать две минуты. Эти сто двадцать секунд показались ей вечностью. Она слышала нарастающий шум, взволнованные голоса, резкий, металлический голос мисс Гловер, пытающейся утихомирить панику. Выдержав паузу, она выскользнула из кабинки и, не поднимая головы, быстрыми, но не бегущими шагами направилась к выходу из аэропорта, смешавшись с толпой встречающих и провожающих.
И вдруг её кровь буквально застыла в жилах. В грязном боковом зеркале припаркованного такси она мельком увидела его. Аян. Он стоял в стороне от основного потока людей, у обочины, и яростно, жестикулируя, спорил с водителем авторикши, явно куда-то опаздывая. Он был всего в двадцати метрах от неё.
Она прошла буквально в трёх шагах от него, пригнув голову и затаив дыхание, втянувшись в плечи. «Пронесло, вроде не заметил...» — пронеслось у неё в голове, когда она уже почти миновала его.
И в этот момент её взгляд упал на стоящий чуть поодаль, в тени, тёмно-синий автомобиль. Она сверила номер с тем, что запомнила, — совпадение. Это был её шанс. Она подошла к машине и уже взялась за ручку задней двери, как вдруг чья-то железная, не знающая пощады рука схватила её за запястье и резко дёрнула назад, отбрасывая от машины.
— Что ты творишь, дуреха?! — прошипел Аян, его обычно холодное, серьезное лицо было искажено неподдельным гневом и яростью. Он с силой вдавил её в стену, его пальцы впились в её руку как клещи. — Ты вообще понимаешь, что одна ты тут сгинешь?! Немедленно марш обратно в аэропорт!
Вайолет попыталась вырваться, но его хватка была стальной. Волна паники, холодной и липкой, начала подниматься, грозя затопить её сознание. И в этот самый момент аметистовый кулон под куртой внезапно раскалился, будто изнутри него вспыхнула крошечная звезда. Волна странной, не её собственной уверенности, древней и безжалостной, хлынула в неё, смывая страх. Голос, который прозвучал из её уст, был низким, властным и абсолютно чужим, полным непоколебимой силы: