Внезапно в дверь постучали. —Мисс Эштон? — это был голос горничной. — Вам прислали завтрак. И госпожа Рея просила передать, что после завтрака она будет рада видеть вас в зимнем саду, если вы желаете.
Жизнь в поместье Роев начиналась. И Вайолет была готова встретить ее лицом к лицу.
«ЗАПРЕТНЫЙ ШЁЛК»
Позавтракав свежим чапати с овощным карри, сладким ласси и сочным манго, Вайолет надела один из подаренных ей накануне нарядов — простой, но элегантный сальвар-камиз из нежно-голубого хлопка, расшитый белой нитью. Одежда сидела на ней идеально, словно была сшита именно для неё.
Спускаясь по широкой мраморной лестнице, она услышала лёгкие, торопливые шаги.
— Доброе утро, мисс Эштон! — раздался звонкий, немного сбивчивый голос. Это была Лакшми. Она несла под мышкой стопку учебников. — Ой, извините... — тут же смутилась девочка, вспомнив о формальностях.
Вайолет улыбнулась её непосредственности. —Доброе утро, Лакшми. И, пожалуйста, зови меня просто Вайолет.
Лицо Лакшми озарилось счастливой улыбкой. —Хорошо, Вайолет! Хи-хи-хи. Мы можем с тобой провести время сегодня? — в её глазах светилось надежда.
— Конечно, — ответила Вайолет. — Только я сначала должна встретиться с твоей мамой, хорошо? А потом обязательно что-нибудь поделаем.
— Да, хорошо! Как скажешь! — Лакшми радостно кивнула и побежала дальше, на ходу поправляя съезжающую с плеча лямку ранца.
Зимний сад оказался оазисом зелени и прохлады. Воздух был густым и влажным, пахнущим землёй, орхидеями и сладковатым ароматом цветущего жасмина. Рея Рой сидела в плетёном кресле-качалке, залитая утренним солнцем. На ней было лёгкое сари из шёлковой парчи нежного персикового цвета. В руках она держала раскрытую книгу в кожаном переплёте.
— Доброе утро, госпожа Рой, — вежливо поздоровалась Вайолет, останавливаясь на почтительном расстоянии.
Рея подняла взгляд от книги. Её лицо, в отличие от вчерашнего, выражало скорее задумчивость, чем холодность. —Доброе утро, Вайолет. Присаживайся, пожалуйста, — она указала на кресло рядом.
Девушка опустилась на сиденье, чувствуя лёгкое напряжение.
— Прошу простить меня за вчерашнюю... резкость, — начала Рея, откладывая книгу на маленький столик из тикового дерева. — Ты застала нас врасплох. Наша жизнь — это постоянный баланс между традицией и необходимостью защищать то, что нам дорого. Я понимаю, что ты пытаешься разобраться в себе и своём прошлом, и это вызывает уважение. — Она сделала паузу, глядя на орхидеи. — И... я рада, что мой сын появился в тот момент, когда это было необходимо. Калидас в последнее время... стал улыбаться. Кажется, я не видела его таким с тех пор, как ему было лет четырнадцать. Думаю, твоё появление пошло ему на пользу.
Вайолет была тронута этим неожиданным признанием. —О, не стоит извинений, миссис Рой. Я прекрасно понимаю, что моё внезапное появление стало шоком для всех, — искренне ответила она.
— Ты очень хорошо говоришь на бенгали, — заметила Рея, меняя тему. Её взгляд стал изучающим. — Я бы даже сказала, у тебя практически нет акцента. Ты учила язык?
Вайолет замялась. —Как сказать... Нет, я его не учила. Но когда я приехала в Калькутту, я вдруг... начала понимать язык и говорить на нём. Это очень странно, правда?
Лицо Реи стало непроницаемым. Она что-то обдумывала, её пальцы слегка постукивали по подлокотнику кресла. Было ясно, что этот ответ что-то для неё значил, но она не стала развивать тему. —Да... странно, — согласилась она, и в её голосе прозвучала лёгкая натянутость. — Ты не хочешь ничего выпить? Служанка принесёт.
Она дёрнула за шнурок звонка, и почти сразу же из-за зарослей папоротника появилась немолодая служанка в белой униформе.
— Если честно, я бы с удовольствием выпила фруктового сока, если это возможно, — попросила Вайолет.
— Принеси, пожалуйста, свежего мангового сока для мисс Эштон, — распорядилась Рея, и служанка бесшумно удалилась.
Чтобы разрядить атмосферу, Рея взяла со столика книгу. — «Пуджа: Сердце индийских праздников», — прочла она вслух название. — Читала?
— Нет, не видела такой книги, — призналась Вайолет. — Она о предстоящих праздниках? О Дурга-пудже и Лакшми-пудже?