Именно в этот момент, отложив последнюю папку с отчетами, она с облегчением подумала: «Сейчас, пока есть хоть полчаса, я могу наконец вернуться к тем дневникам в архиве и попробовать найти хоть какую-то зацепку о том, как же все-таки пропал мой род...»
Но едва эта мысль родилась, дверь в кабинет открылась без стука, и на пороге возникла Рея в сопровождении двух служанок. Ее лицо было напряженным.
—Вайолет, все, хватит на сегодня. Пора. Гости уже начинают съезжаться. Нам нужно как минимум три часа, чтобы привести тебя в надлежащий вид.
Все дальнейшее превратилось в водоворот подготовки. Ее увели в будуар, где пахло пудрой и духами с восточными нотками. Ей вычистили лицо лосьоном, завили длинные волосы в элегантные волны с помощью щипцов, нагретых на огне. Макияж сделали легким, но подчеркивающим глаза и скулы — «естественная красота, но на ступень выше», как сказала старшая горничная. Затем настал черед одежды. Вместо сари ей принесли роскошный ансамбль лехенга-чоли цвета спелого рубина, из плотного тяжелого шелка, расшитый тончайшей золотой нитью в виде извилистых узоров, напоминающих цветы лотоса и горные хребты. На шею повесили массивное золотое ожерелье с крупными рубинами, гармонирующее с гребнем в волосах. В уши вдели длинные серьги, доходившие до плеч.
Когда она, наконец, подошла к вершине главной мраморной лестницы, ведущей в сияющую огнями и наполненную гулом голосов гостиную, ее охватило головокружение. Все взгляды снизу, как и в ночь ритуала, устремились на нее. Но на этот раз ей предстояло не молча принимать поклонение, а выдержать испытание светским обществом. Ее взгляд скользнул по толпе, выискивая знакомые лица. Она сразу заметила Мохана Майяджи, стоявшего в стороне с каменным лицом. А где Аян? — мелькнула у нее тревожная мысль.
Спустившись, она оказалась в центре внимания. Первыми к ней подошли представители родов Варма и Дешпанде — солидные мужчины в дорогих костюмах и их жены в шелковых сари. Их любезности были безупречны, а взгляды — оценивающими, но в них читалось и растущее уважение. Она держалась с достоинством, поддерживая светские беседы о погоде, архитектуре Калькутты и планах на сезон дождей, и ловила на себе восхищенный, ободряющий взгляд Калидаса, который следил за ней через зал. Даже Рея, наблюдая со стороны, смотрела на нее с нескрываемым одобрением.
Особое внимание Вайолет уделила старшей дочери рода Варма, Сарасвати. Девушка лет восемнадцати, уже замужняя, была воплощением водной стихии. Когда они оказались рядом у стола с напитками, Сарасвати первой нарушила формальности.
— Признаться, я завидую тебе, — сказала она негромко, ее голубые глаза смеялись. Вайолет удивленно подняла бровь. — Не статусу, — пояснила Сарасвати. — А той авантюре. Ты сбежала из своего старого мира, как пират с корабля. Пусть и с благородной целью. А я... меня выдали замуж за старшего из сыновей Дешпанде. Все было решено за меня.
Вайолет смотрела на нее, и все больше узнавала в ней черты Сьюзи. Та же прямая, почти дерзкая откровенность, скрывающая ранимую душу. Та же жажда чего-то большего, чем предписано судьбой.
—А ты... счастлива? — осторожно спросила Вайолет.
Сарасвати задумалась на секунду, крутя в пальцах бокал с соком.
—Он хороший человек. Можно сказать, друг детства. Но это не та история, которую рассказывают в романах. Это договор. А тебе хоть довелось влюбиться? Или твой Калидас — тоже часть «договора»? — она лукаво подмигнула, и Вайолет почувствовала, как краснеет.
— Нет! То есть... Калидас... он мой страж. И друг.
— «И друг», — протянула Сарасвати с понимающей улыбкой. — Смотри, в нашей среде друзей среди женщин почти не бывает. Все — соперницы, союзницы по необходимости, но не подруги. Мне кажется, мы могли бы исправить эту традицию. Ты, я вижу, не любишь скучных правил.
Именно в этот момент Вайолет поняла, почему тянется к ней. Сарасвати, как и Сьюзи, была настоящей. Она не играла в светские игры, а говорила то, что думала, искала искренности в мире, где все было ширмой. Она предлагала простую человеческую дружбу, в которой Вайолет отчаянно нуждалась.
— Мне тоже так кажется, — искренне улыбнулась Вайолет. — И я обязательно приму твое приглашение. Мне нужно с кем-то обсуждать все эти... — она оглядела роскошный зал, — ...сумасшедшие повороты моей жизни.
— Договорились, — кивнула Сарасвати, и ее взгляд стал теплым и доверительным.