Прошло несколько часов. Вечер был в разгаре. Музыка — смесь классических индийских мелодий и западных композиций — смешивалась с гулом голосов, создавая оглушительный фон. Вайолет, чувствуя, что ее силы на исходе, а щеки затекают от постоянной улыбки, отошла к высокому арочному окну, выходившему в ночной сад. Она прислонилась к прохладному стеклу, жадно вдыхая воздух и глядя на отражение роскошного зала в темном зеркале ночи.
И в этот момент, из глубокой тени тяжелой бархатной портьеры, чья-то сильная, влажная от пота рука резко схватила ее за запястье. Прежде чем она успела вскрикнуть или оказать сопротивление, ее с силой рванули в сторону, грубо толкнув в полуоткрытую дверь ниши для гардероба. Дверь захлопнулась с глухим стуком, погрузив ее в тесную, темную комнатушку, пропахшую нафталином, пылью и старым деревом.
«ТЕНИ СОМНЕНИЙ»
Глухая, давящая темнота. Воздух в тесной гардеробной был спертым, густо пропахшим нафталином, пылью и старым деревом. Сердце Вайолет колотилось где-то в горле, перекрывая дыхание. Она инстинктивно отшатнулась, прислонившись спиной к стеллажу, с которого посыпались какие-то вещи. Она уже собралась закричать, собрав воздух в легкие, как вдруг с тихим щелчком загорелась тусклая лампочка под потолком, отбрасывая уродливые тени.
— Ну, здравствуй. Вайолет Эштон.
Голос, знакомый до боли, прозвучал из глубины комнаты. Вайолет резко обернулась. В дальнем углу, прислонившись к стене, стоял Аян. Его лицо было бледным и усталым, но в глазах горел странный, лихорадочный огонь.
— Аян Майяджи, — ее собственный голос прозвучал хрипло и неестественно громко в маленьком помещении. — Как ты смеешь?
Это была все, что она смогла выдавить из себя, пока адреналин сковывал разум.
Он сделал шаг вперед, его движения были плавными, как у хищника.
—Милая Вайолет, я не знал, что все зайдет так далеко, — его голос был притворно-мягким, ядовитым. — Рои опять взялись за свое. Все это время, с самой твоей вылазки в библиотеку, я пытался тебя оградить. Оттолкнуть. Напугать. Все, что угодно, лишь бы ты уехала. Но ты упряма, как и твои предки. Прости за мою... грубость на церемонии. У меня не было другого выхода.
— Замолчи! — выкрикнула Вайолет, отчаянно пытаясь перекрыть его слова, но он продолжил приближаться, сокращая дистанцию.
— Девочка, пойми. Тебя втянули в игру, правила которой ты не знаешь. Тобой манипулируют. Эти Рои... они мастера выглядеть благородными спасителями. Особенно Калидас. — Он произнес это имя с особой ядовитостью. — Мы с ним давно знакомы. В какой-то момент, до всего этого, мы даже... сдружились. Но как видишь, наша дружба прекратилась... из-за тебя. Из-за твоего появления.
Он был уже совсем близко. Вайолет чувствовала его дыхание.
—Вайолет, твои родители сходят с ума. Они тебя ищут. Задай сама себе вопрос: кому на самом деле нужна маленькая шестнадцатилетняя девочка из Лондона в Индии? Одна? Без связей, без денег? Если бы Роям была нужна настоящая глава рода, они бы нашли твоего отца... Но они выбрали тебя. Легковерного, впечатлительного подростка, на которого можно повлиять. Откажись от кулона, Вайолет. Пока не поздно. Вернись домой, к тем, кто любит тебя по-настоящему.
— Майяджи, замолчи! — ее голос дрогнул от ярости и страха. — Как ты смеешь так со мной разговаривать? Как ты смеешь заталкивать меня в эту комнату силой? То, что ваша семья в знатной пятерке, еще не значит, что ты имеешь на это право! Я выше вас всех! Я — Вайолет Виджрантх!
Но последняя фраза прозвучала уже без прежней уверенности. Его слова, как ядовитые семена, упали на благодатную почву ее собственных тайных страхов. «Комужунужнамаленькаядевочка?» — этот вопрос преследовал ее с самого начала.
— Я вижу твое смущение. Я его понимаю, — его голос стал почти шепотом, заговорщицким. — Доверься мне. Мы, Майяджи, поможем тебе выбраться из этой ловушки. Ты всего лишь пешка в их игре. Игрушка в руках Роев.
Он протянул руку, будто собираясь коснуться ее руки, и Вайолет отпрянула, наткнувшись на полку. В этот момент за дверью явственно послышались торопливые шаги и приглушенные голоса.
Аян вздохнул с преувеличенным сожалением.
—Время нашей встречи истекло. Думаю, до вечера. Надеюсь, ты примешь правильное решение. Ради себя. Ради своих родителей.
Свет погас так же внезапно, как и зажегся. В следующее мгновение дверь с грохотом распахнулась, и в проеме, заливаемые светом из зала, возникла группа людей. Во главе с Калидасом. Его лицо было искажено гневом и страхом.