— Вы боитесь, что так же произойдет и со мной?
— Это уже произошло.
Утверждение оказалось слишком интересным чтобы оставить его без внимания.
— Какие же проблемы могли у вас возникнуть? — спросила Виолетта.
— Проблемы, связанные с женщиной. Ответ прозвучал несколько не так, как ожидала Виолетта. Она решила притвориться, будто не понимает, о чем идет речь.
— Думаю, не очень точно называть проблемы женскими, когда речь идет о ваших племянницах. Конечно, они весьма беспокойные особы, но по своей натуре очень славные.
У дверей кабинета мисс Сетгл Джефф остановился.
— Мои племянницы, безусловно, ужасные бестии, но я имел в виду вас, и вы это прекрасно знаете.
Это был именно тот ответ, которого ожидала Виолетта. И все-таки она оказалась совершенно не готова к такому признанию.
— Вы мне нравитесь, черт возьми, хотя я и не хочу этого.
Вот оно! Это даже больше, чем то, на что рассчитывала Виолетта. Наконец-то все стало на свои места.
— Оказывается, не все янки отвратительны, — сказала она, не в силах сдержать победной улыбки. — Среди них есть и вполне приятные люди.
Виолетта почувствовала, как затрепетали ее ресницы, а губы непроизвольно растянулись в игривой улыбке. Сомнений не было: она флиртовала на глазах у половины Денвера и с кем — с Джеффом Рандольфом, самым защищенным от женских чар мужчиной, которого когда-либо создавал Бог! Виолетта пыталась принять пристойный вид, но ничего не могла с собой поделать.
— Перестаньте корчить из себя дуру, — в сердцах заметил Джефф. — Если вам ничего не попало в глаз, то прекратите гримасничать и посмотрите, наконец, на меня.
Господи, до чего же он все-таки груб! Джефф абсолютно не умеет обращаться с женщинами. Трудно даже представить, почему он отдал предпочтение именно ей, недоумевала Виолетта.
— Поначалу я всего лишь считал вас красивой, — продолжал Джефф. — Но и самые ужасные женщины могут быть красавицами. Даже то, что мне хотелось вас поцеловать, было еще не так плохо. Кстати, кто-нибудь говорил вам, что у вас очень соблазнительный рот? Все остальное я также находил весьма привлекательным. Однако и это не сулило никаких неприятностей. Но, на свою беду, я влюбился в вас, стал восхищаться вами.
Джефф повернулся, словно собираясь уйти, потом, передумав, решил, видно, окончательно разобраться с этим вопросом.
— Вскоре я начал думать о вас даже во время работы. Смотрел на цифры или читал отчеты, а вместо этого видел ваше лицо, вспоминал, что вы сказали, что сделали. Вы полностью нарушили мой уклад жизни. И вот я здесь, в то время как мой стол завален работой, а клерки ждут указаний. Я не в банке, не занимаюсь своим делом, заставляя служащих бегать, высунув языки, я нахожусь здесь, чтобы убедиться, что этот дракон в юбке не попытается свалить всю вину на вас.
Казалось, Джефф сам пришел в отчаяние от собственного безрассудства. А вот Виолетте еще никогда ничьи жалобы не доставляли столько удовольствия, напоминая волшебную музыку. Она была просто в восторге от того, что Джефф Рандольф попался на крючок, на который поймал ее при первой их встрече.
Господи, это скорее похоже на сумасшествие! Неужели ей действительно хочется находиться в обществе этого женоненавистника? Отец и брат Виолетты были спокойными воспитанными людьми, а мать неизменно оставалась ласковой и заботливой женщиной. Возможно, в качестве противоядия против этой пресности Виолетте вдруг понадобилось определенное количество грубости и сарказма? Что ж, и того, и другого у Джеффа Рандольфа было хоть отбавляй!
— У вас нет необходимости больше задерживаться здесь, — сказала Виолетта. — Я сама в силах постоять за себя.
— Я останусь, — возразил Джефф и, взяв ее под руку, решительно направился к двери.
— Вы ведь не хотите идти.
— Но я и не хочу находиться в другом месте.
Когда они в конце концов вошли в кабинет мисс Сеттл, Виолетта сделала вывод, что присутствие Джеффа оказалось весьма кстати: директриса была в ярости. Гневные слова едва не сорвались у нее с языка, но тут мисс Сеттл увидела вошедшего вслед за Виолеттой Джеффа. Ситуация складывалась явно комическая.
— Мистер Рандольф? Что вы здесь делаете? Надеюсь, с вашими племянницами все в порядке? — пролепетала мисс Сеттл.
— Да. Несколько минут назад мисс Гудвин отправила их в свою комнату.
Мисс Сеттл облегченно вздохнула.
— Мне не хотелось бы, чтобы ваша семья подумала, что у нас в школе плохо смотрят за детьми.
— За этими двумя чудовищами вряд ли кто-нибудь сможет уследить. Если вы действительно хотите полностью контролировать каждый их шаг, вам следует завести в школе тюремную камеру, запереть там девчонок и выбросить ключ. А рядом нужно еще поставить двух стражей, чтобы близнецы что-нибудь не придумали.
— Мистер Рандольф! — воскликнула мисс Сеттл. — В нашей школе не запирают учениц.
— Тогда не обвиняйте мисс Гудвин в случае их нового побега.
Мисс Сеттл натянуто улыбнулась.
— Уверена, мисс Гудвин проследит, чтобы этого больше не произошло. А теперь, полагаю, вас ждут дела. Я благодарна за ваш приход, но вам не стоит присутствовать при обсуждении правил поведения в школе.
— Я как раз и пришел, чтобы убедиться, что вы не обвините во всем мисс Гудвин, — бесцеремонно заявил Джефф.
На какое-то мгновение мисс Сеттл даже потеряла дар речи. Наконец она с явным усилием выда-вила:
— Конечно, нет.
— Вот и отлично, — улыбнулся Джефф. — Никогда нельзя взваливать на подчиненных всю ответственность за происходящее. Они не обладают достаточной властью, чтобы что-либо изменить. Это можете сделать только вы. Лично я всегда следую такому принципу. Сначала создайте людям необходимые условия для работы, а уж потом требуйте. Ну, а пока вы этого не сделали, все, что происходит, — ваша вина.