– Нормально.
– Рад за вас.
– Я тоже рада. Снимай футболку.
Он не двигается.
– А если не сниму?
– Тогда я вызову охрану и заявлю, что пациент пытается сбежать вопреки медицинским показаниям. И позвоню твоему тренеру. И главврачу. Хочешь скандала?
Недовольно поджимает губы и стягивает футболку одним движением. Кидает на кровать.
– Вы довольны, доктор?
– Довольна, – стараюсь не смотреть на его торс. – Садись.
Садится на край кровати. Я подхожу, достаю фонендоскоп.
– Дыши глубоко.
Прикладываю мембрану к груди. Он вздрагивает.
– Холодная, – жалуется Сафин.
– Переживёшь.
Слушаю. Сердце бьётся ровно, ритмично. Шумов нет. Но это ничего не значит.
– Когда у тебя было жжение в груди?
– Что?
– Жжение в груди. Перед тем, как потерял сознание. Ты жаловался в приёмном покое.
Молчит, покусывая губу. А я зачем-то смотрю на его губы, блин.
– Амир.
– Это было один раз, – отвечает резко.
– Один раз – это уже много. Как долго жгло?
– Несколько секунд.
Убираю фонендоскоп. Смотрю на него сверху вниз.
– То есть ты потерял сознание не от удара?
– Нет, от удара. Просто... перед этим было странное ощущение. Думал, показалось.
– Не показалось. Вставай.
– Куда?
– МРТ грудного отдела. Потом ЭхоКГ. Потом холтер на сутки.
– Это ещё зачем?
– Затем, что у тебя может быть проблема с сердцем.
В его взгляде шок и недоверие.
– Я в порядке, – роняет сухо.
– Это мне решать.
– Ева...
– Ева Сергеевна, – огрызаюсь. – Или доктор Волжанская. Как тебе больше нравится.
Он встаёт. Подчёркнуто медленно. Смотрит на меня сверху вниз – он выше, шире, больше. Но я не отступаю.
– Ты злишься, – говорит тихо.
– Я работаю.
– Нет. Ты злишься. Почему?
– Потому что ты – идиот, который собрался на тренировку с невыясненным диагнозом. Потому что тебе наплевать на собственное здоровье. Потому что...
Осекаюсь.
– Потому что что? – он наклоняется ближе.
– Потому что мне не наплевать, – цежу сквозь зубы. – К сожалению. Одевайся. МРТ через полчаса.
Разворачиваюсь и выхожу.
В коридоре – глубокий вдох, глубокий выдох.
Мне не наплевать.
Чёрт...
И ещё одна классная история нашего моба!
От Али Драгам
Глава 8. Её нельзя просто взять.
Амир
Десять лет назад.
Она не купилась.
На подвеску не купилась, на цветы не купилась, на улыбку мою фирменную – тем более. Весь вечер просидела с каменным лицом, разговаривала только с бабкой и подружками, а на меня смотрела, как на пустое место.
Ну почти.
Я же видел, как она косилась. Когда думала, что я не замечаю. Быстрые взгляды, тут же отведённые. Розовые щёки, когда я подкладывал ей салат.
Она заинтересовалась. Просто не хочет показывать. Что ж. Будем брать крепость штурмом.
– Я не умею кататься, – говорит она, стоя у бортика и вцепившись в него побелевшими пальцами.
– Научу.
– Амир, это плохая идея.
– Все мои идеи плохие. Но они работают.
На ней моя старая куртка, потому что её собственная – тонкая, осенняя – для катка не годится. Коньки прокатные, и она зашнуровала их неправильно, пришлось перешнуровывать. Я стоял перед ней на одном колене и чувствовал себя идиотом. Она смотрела сверху вниз и молчала, только дышала часто-часто.
Каток пустой. Договорился с администратором за бутылку хорошего виски – воскресенье, семь утра, кому нахрен нужен лёд в такую рань. Только мне. И ей.
– Давай руку.
– Я упаду.
– Не упадёшь. Доверься.
Она смотрит на меня этими своими голубыми глазами, и у меня что-то ёкает в груди. Светлые волосы выбиваются из-под дурацкой вязаной шапки, щёки розовые от холода, губы обветренные. Красивая. Даже без макияжа и в моей куртке, которая ей на три размера велика.
И доверяется.
Вывожу её на лёд. Она тут же начинает скользить, вскрикивает и вцепляется в меня обеими руками.
– Амир!
– Тише. Я держу.
– Я сейчас упаду!
– Не упадёшь. Смотри на меня, не на ноги.
Она поднимает голову. Глаза в глаза. Близко, очень близко. Я чувствую её дыхание на своих губах.
– Вот так, – говорю тихо. – Держись за меня. Маленькие шаги. Не торопись.
Она делает шаг. Ещё один. Ноги разъезжаются, но я держу крепко, не даю упасть.
– Молодец.
– Не подлизывайся.
– Я не подлизываюсь. Констатирую факт.