- Наташа, я не могу его родить! – с отчаяньем вскрикнула Кира.
И слезы потоком брызнули из глаз.
Наталья передвинула стул поближе, и обняла подругу, как бы укачивая.
- Глупенькая, радоваться надо. Бог тебе послал ребенка, а ты тут решаешь, как от него избавиться, лишь бы твоя семья не потеряла репутацию. При чем все это? Скажи! Тебе, слава Богу, не шестнадцать лет, а уже третий десяток на исходе. Может случиться так, что никогда больше после совершенного греха, который ты собираешься взять на свою душу, у тебя не будет детей. Любая женщина – это, прежде всего, МАТЬ. Мы для чего приходим в этот мир? Чтобы оставить потомство, чтобы радоваться детям. Чтобы оставить после частичку себя. Ты об этом подумала, подруга? Я не позволю тебе наделать глупостей.
- Нет. Я не могу родить этого ребенка, и все тут. Люди начнут тыкать пальцем и шептаться за спиной.
- Да кому какое дело? Пусть живут своей жизнью и занимаются своей моралью. Нет, так дело не пойдет. Пойдем, прогуляемся. Здесь не место, чтобы решать такой важный вопрос.
Кира кивнула головой. Несчастье было написано на ее лице. А еще отчаянье.
Наташа расплатилась за кофе, и они вышли в просторы парка. Медленно пошли по бульвару, мимо раскачивающихся на цепях скамеек, мимо галдящих деток, мимо болтающих мамочек, мимо сидящих стариков, которые добрым взглядом провожали детей.
- Ты видишь, Кира, вот в чем заключается жизнь. Посмотри вокруг. Вот оно, счастье.
- Тебе легко говорить . . . – и вдруг осеклась.
Наталья проглотила комок, застрявший в горле.
- Ты сама знаешь, что легко мне никогда не было. У моего Богдана тоже нет отца. И двоих детей я тоже потеряла.
- Извини, - прошептала Кира.
- Да, ладно, ничего. Что, я не понимаю что ли, какие кошки скребут у тебя на душе. Послушай. Мы преодолеем все. Мы вместе, слышишь? вместе выпутаемся из этой ситуации. Ты родишь здорового малыша. Воспитаешь его. Вырастишь в любви. А спустя множество лет скажешь мне «спасибо», что уберегла тебя от непоправимой ошибки. Так и будет, верь мне! Сейчас ты успокоишься и начнешь думать о том, что только ты сама ответственна за свою судьбу. Поняла?
Кира кивнула.
- Но, что же мне делать? Как сказать родителям?
- Давай зайдем с другого конца. Отец ребенка в курсе происходящего?
- Да. Но он на мне не женится.
- Он женат?
- Нет. Но четко дал мне понять, что отказывается брать ответственность за нашу судьбу.
- Так! Тогда флаг ему в руки и на шею барабан. Обойдемся. Свое дело он уже сделал. Это случайно не . . .?
И Наташа посмотрела в глаза Кире.
- Да, это Оскар, друг студенческих лет. Но, видимо, любовь была обманом.
- Вот и пусть катится ко всем чертям, - ответила Наташа. – Ты пообещаешь мне здесь и сейчас, что никаких глупостей делать не будешь. Ты родишь этого ребеночка, а я стану его крестной мамой, и мы вместе будем растить его. Обещаешь?
- Да, - сказала Кира, - и бросилась на шею Наталье.
- Вот и славно! А теперь дышите глубже, мамочка! Пойдем, здесь недалеко центральная аптека. Мы с тобой сейчас купим самые лучшие витамины для нашей будущей мамочки, чтобы у нее родился крепкий, здоровый ребенок. Кстати, сколько у нас там недель? – с любовью проведя по животу Киры, спросила Наташа.
- Восемь или девять.
- Ты что, даже у врача не была?
- Нет, – покачала головой Кира.
- Это надо срочно исправить. У моей мамы есть знакомый врач-гинеколог. У нее встанешь на учет, чтобы в твоей поликлинике никто не трепал языками. Договорились? И смотри у меня, веди себя хорошо. А то буду воспитывать жестко! – пригрозила Наталья.
Улыбка озарила лицо Киры.
- Спасибо тебе. Не знаю, что бы я без тебя делала?
Девушки еще долго гуляли по парку, мечтали о том, что они подарят малышу, когда он родится, и как они будут любить и заботиться о нем. И что у Богданчика появится брат, которого он своим личным примером будет воспитывать. О том, что родится сын, даже и не сомневались. Им обеим нужны были «мужички», которых они будут любить и обожать.
Долго еще Наталье спустя месяцы приходилось убеждать подругу, что они правильно делают, что позволяют зародившейся жизни иметь право на существование. Сколько раз Наташа успокаивала подругу по телефону, когда та в порыве отчаяния пыталась пойти в больницу, чтобы «избавиться от позора». Спасало еще то, что Кира была не худенькой девушкой, а в теле, поэтому растущий животик был не заметен даже на поздних сроках.
Один раз Кира позвонила счастливая.
- Наташа, мне надо поделиться с тобой радостной новостью.
- Что случилось? – встрепенулось сердце Натальи.
- Я замуж выхожу!
- Как так? За кого? Ну, ты даешь! – обрадовалась Наталья.
- Да, подвернулся мне влюбленный Ромео, который давно вздыхал по мне. Мы встретились случайно на празднике у друзей. Слово за слово, и я ему рассказала, как живу, не утаивая и своей беременности. Так он предложил мне руку и сердце. И сказал, что моего ребенка будет считать своим. Вот!
- Господи, как я рада за тебя, подруга! А ты боялась! Будет у ребенка отец! И родные успокоятся. С кем не бывает. Скажешь, что малыша давно планировали, а пожениться решили только сейчас, на позднем сроке. Видишь, как все чудесно складывается! Есть все-таки Бог на свете! Как зовут нашего героя?
- Захар. Он, кстати, встретился с Оскаром и предупредил его: если Оскар хоть на шаг приблизится к нам, то убьет его.
- Тоже правильно! Отказался от сына, пусть теперь и не лезет. А ты создавай семью. Кстати, когда свадьба?
- В марте, двадцать пятого. Ты будешь дружкой.
- Ну, кто бы сомневался. Я целую тебя, Кирочка, и очень-очень за тебя рада!
Малыш у Киры родился в мае, а спустя месяц Наталья стала крестной матерью для маленького богатыря, которого назвали Максом. Захар обожал Киру, и как мог, помогал ей во всем. Из всей этой непостижимой истории получилась замечательная семья. Кира уже меньше стала нуждаться в советах, но Наташа была искренно рада за подругу. Все шло по божьему плану. Подруга была счастлива в материнстве, и состоялась как любящая жена.
Наталья же в ближайший отпуск решила уехать из Киргизии в гости к родственникам, которые жили в Краснодарском крае. На этой поездке настаивала мама, которая уверяла, что Наталье нужно отвлечься, отдохнуть и набраться сил. Богдана отправили в лагерь на Иссык-Куль, бабушка с дедом взяли путевки в прилегающий к лагерю пансионат, чтобы внук был под контролем. Наталья, собрав свои вещи, улетела в Ростов-на-Дону. Из Ростова автобусом добралась до Кропоткина. Там, на автостанции небольшого городка Краснодарского края, Наташу встретили родственники, которых она не видела со времени своей свадьбы.
Встреча с сестрой Еленой всколыхнула воспоминания об утраченной молодости: ведь на глазах сестры развивались отношения с Павлом – первой большой любовью Натальи. Сестра вела активный образ жизни, поэтому прозябание в селе во время летних каникул не было в ее планах. Лена увезла Наталью на Черное море, чтобы похвастаться красотами южного края и просто провести чудесные курортные дни.
Наталью бескрайнее Черное море поразило. Она обожала Иссык-Куль с его прохладными пресными, прозрачными водами, с его горами, чуть видневшимися на южной стороне. Но море было другое, более могущественное, более строптивое и манящее. Наталью очаровало все: и невысокие по меркам Киргизии горы, покрытые лиственными лесами. И ласковое солнце, которое не обжигало так, как на Иссык-Куле, так как озеро было расположено в высокогорном районе, поэтому солнце днем было «ядовито-жгучим». А морская вода, казалось, сама держит тебя на поверхности из-за высокой плотности растворенных в ней солей, и на вкус была горько-соленой, лечебной. Наталья уплывала далеко за буйки, ныряла и с удовольствием полоскала горло живительной морской водой. В море плавалось легко, казалось, что в этих водах утонуть было невозможно, так как тело болталось на волнах, как пробка. Наталье было все удивительно: и ландшафт поражал своей красотой, и новые экзотические деревья, и кустарники, которые Наталье никогда не доводилось видеть раньше. А поселок, в котором остановились сестры, манил курортной жизнью: все здесь пело, кружилось, жило ярко и весело. Бесчисленные толпы отдыхающих слонялись вечером по набережной, занимали многочисленные кафе, которые, казалось, хотели перекричать друг друга музыкой: кавказской, ретро, современной, шансоном. Множество памятников и фонтанов манили пощупать, сфотографировать и просто полюбоваться.