— А можно узнать, что судьба заставила Вас сделать?
— Расстаться с полукилограммовым мешком монет и купить платье к предстоящему торжеству.
Мужчина внезапно рассмеялся.
— Вот как!? Тогда я понимаю Ваше настроение.
— У меня его с утра не было, а после лавки и подавно.
— Тогда предлагаю сходить и выпить кофе куда-то. Думаю за разговором Вы немного развеетесь. Да и мне бы не мешало взбодриться, — окинул он её спокойным взглядом, смотря на неё сверху вниз.
— Вы вижу решили довыжимать с меня остатки моих монет. Ну ладно уж, пойдёмте, — бросила она и направилась в поисках какого-нибудь заведения.
— Не переживайте, я угощаю, — поравнявшись с ней с тенью улыбки бросил лорд.
Вирджиния его веселого настроя не разделила. Не ему пришлось прощаться с внушительной суммой из своего кармана.
Войдя внутрь какого-то заведения, они прошли между столов, садясь за свободный столик. Вирджиния сразу же посмотрела на цены и недовольно нахмурилась.
— Один золотой за чашку горькой воды, — возмущённо бросила она, отложив от себя меню.
— Первый раз вижу такую жадную женщину, — с доброй улыбкой проговорил лорд, смотря на Вирджинию. — Мне казалось, что все женщины любят покупки и тратить деньги.
— Все да не все. Особенно, когда цены несоразмерны изделию. Да и мой здравый разум не позволяет тратить баснословные деньги на какие-то вещи из дерева или ткани.
— Вам стоило бы стать казначеем. Уверен с Вами экономика любой страны поднялась бы вверх, — проговорил лорд Вестлей, в глазах которого читалась добрая насмешка.
— Меня бы туда не пустили.
— Ну да. Вы бы всё давали под расписки и с процентами — подшутил он, но Вирджиния это веселье не разделила.
— Хорошо, что Вам весело. Мне вот жизнь такой прекрасной не кажется, — проворчала женщина, рассматривая внутреннее убранство.
Глаза уткнулись в мужской силуэт, который поплыл вверх и обнаружил теплые глаза, которые смотрели на неё веселым и улыбчивым взглядом. Подошла подавальщица и Вирджиния оторвала от мужчины свой взгляд, предпочтя занять свои глаза чем-то другим.
— Как говорит Агвид: "Нет худа без добра", — проговорил он, снова устремившись в неё взглядом, когда подавальщица ушла выполнять их заказ.
— А где же это добро шляется, что его так долго нет!? Может оно решило обходить меня стороной!?
— Вот когда она будет нужнее всего, тогда оно и появится.
— Какое оно привередливое, — съязвила Вирджиния, считая, что это добро ещё та зараза.
— Возможно мне и показалось, но мне кажется я видел в Лондоне лорда Аргнета. Правда, когда я решил лучше его разглядеть, силуэт уже скрылся.
— Увы, не показалось.
— А Вы откуда знаете? — с любопытством взглянул он на неё.
— Потому что этот шотландец приехал из-за меня.
— Вот как!? — удивлённо бросил он, находясь в задумчивости. — И что ему нужно от Вас?
— Моя рука и сердце. И всё благодаря Вам. Фамильная брошка, конечно. А Вы знали, что эта брошка не только фамильная, а ещё и в некотором роде венчальная. Теперь из-за Вашей тактичности, из-за которой Вы мне не позволили её сразу вернуть, меня вынуждают выходить за себя замуж, — вмиг переключила Вирджиния своё ранее раздражение на лорда Вестлея.
Мужчина на несколько секунд замолчал, внимательно смотря на Вирджинию, а потом медленно проговорил:
— Он звал Вас замуж?
— Нет. Он звал меня меня в кафе просто выпить кофе. Конечно звал, раз эта брошка — это положительный ответ женщины на брак с её дарителем.
Мужчина снова завис, а Вирджиния только мысленно закатила глаза.
"Пока тебе дойдёт, я уже и кофе допью", — мысленно пробурчала она, из-за тугого мужского осознания.
— Я этого не знал. И что Вы намерены делать? — мужские мыслительные процессы продвинулись и он задал следующий вопрос.
— Ну явно не выходить за него замуж. Я ещё тогда говорила Вам, что не намерена жить в горах.
— Я так понимаю Вы ему ещё не отказали!?
— Отказывала и не раз. Но этому горцу, как об стену горохом: что направишь, тут же отскочит.
- Хм. Возможно мне стоит вмешаться? — любезно предложил он, что вызвало в Вирджинии ещё больше негодования.
— А я по-вашему не могу справиться с этим сама!? Не хватало, чтобы ещё Вы участвовали в этом.
— Не везде женщина может справиться сама. Даже в таких делах, как отказ своему ухажёру. Мужчины разные бывают.
— Благодарю, но я сама.
— Как хотите. В любом случае Вы можете обратиться ко мне в любой момент.
— А почему Вы мне помогаете? — спросила Вирджиния, заинтересованная тем, почему лорд действительно пытается ей в этом помочь.
— Я человек такой. Особенно с женщинами, которым не всегда удается то, в чём в силах мужчины.
— То есть по-вашему женщины слабые?
— В некотором роде да.
— Благодарю за похвальный комплимент, лорд Вестлей. Сказали бы Вы это при толпе женщин, Вас бы отправили на костер.
Мужчина рассмеялся, а потом проговорил:
— Это не оскорбление. Просто всё делится на женскую и мужскую силу. Где-то эффективна одна, где-то вторая. Поэтому мужчина и женщина это как чёрное и белое, которое создаёт одно целое. Вряд ли бы Вы смогли справиться с мужчиной, который в два раза больше за Вас. Вот там и нужна помощь другого мужчины.
— Да Вы альтруист.
— Я просто пытаюсь быть человеком.
— Тогда для меня будет невозможно понять Вас.
Подошла подавальщица и принесла им кофе. На этом их разговор оборвался.
Через два часа Вирджиния вернулась домой и сразу же направилась к себе, чтобы лечь спать. Проспала она к самому вечеру, а потом направилась в библиотеку в которой просидела к ночи.
Утро этого дня предвещало королевский бал. Увы, настроение было не столь королевским, как это торжество, а скорее отвратным. В обед мистер Вилберн прислал ей второе пригласительное письмо, зная, что она может "забыть".
"А я то понадеялась сказать, что потеряла первое пригласительное и забыла время начала торжества", — с тоской мысленно проговорила она, и прочтя его, положила его на стол.
Ближе к вечеру она начала собираться. Водные процедуры, натирки, причёска: всё это истязало Вирджинию на протяжении трёх часов. Когда она была начищена, напудрена и напомажена, она подошла к зеркалу и поморщилась.
"Как будто лицо пересадили. И где я!? Меня хоть узнают!?", — мысленно бросила она и направилась к карете.
Королевский дворец просто пестрел роскошью и украшениями. От его золотого сияния, которое было почти везде и на всём, можно было ослепнуть. Вирджиния второй раз поморщилась. Слишком много роскоши и золота. Проходя к главному залу, её приветствовал почти каждый второй, и до того момента, как она добралась, её лицо источало раздражение и желание всех здесь поубивать. Уж слишком она не любила внимания к себе. А ещё больше, когда к ней подходили и начинали вгонять в скуку темами о погоде и её самочувствие.
"Раз здесь, то значит жива и здорова. Или они думают, будь человек при смерти он попрется на это торжество, чтобы плясать и веселиться!?", — бросила она про себя, уже устав от этого торжества. "Господи, а ведь оно ещё и не началось".
Подойдя к столикам и взяв бокал шампанского, она направилась к скрытым диванам за колонами, в надежде спрятаться и отсидеться там до конца вечера.
"Если что, скажу искала всех и никого не нашла".
Через минуту она выдворила с понравившегося ей дивана какого-то аристократа и расслабленно села на диван, понадеявшись, что проведёт здесь все последующие несколько часов.
Но этим надеждам не суждено было сбыться, так как через пять минут она увидела перед собой мистера Вилберна.
— Вот Вы где!? А я уже решил, что Вы снова что-то придумаете и пропустите это торжество. Тогда пойдёмте я представлю Вас нашим иностранным гостям. Они уже здесь.
— Тогда скажите, что МЕНЯ ещё нет здесь. Скажите, что я через два часа приеду.