С приходом тепла стали просыпаться и разные ползающие, лазающие и летающие гады. Конечно, находить утром у себя под одеждой насекомых или ящериц неприятно, но на Теваире — мире монстров и мегафауны — не так уж и критично. Например, самой главной опасностью здешних мест были скоросы: похожие на дорожных ос существа, только размером с небольшую собаку. Баласийская разновидность отличалась блестящим хитином цвета битума и трехгранным десятисантиметровым жалом, полным парализующего яда. Строго говоря, скороса нельзя назвать самым опасным хищником окружающих Скамью гиганта лесов, но он единственный, кто не опасался охотится на людей.
Из-за таких особенностей местной фауны охране каторги в теплое время года приходилось не только сторожить заключенных, но и следить, чтобы тех не сожрали. Тут даже применили нестандартное решение, облегчающее борьбу с вредителями: летом верхний край карьера патрулировали вместе с дрессированными риграндскими болотными варанами, которые и в дикой природе хорошо справлялись с ловлей скоросов. Для здешнего герцога каменоломня была надежным и значимым источником дохода, поэтому он не экономил на ее защите и организовал целый питомник для животных с юга соседней страны в своем северном городе. Хотя злые языки поговаривают, что правителю просто нравятся экзотические ящеры. Как бы то ни было, вараны летом хорошо чувствовали себя даже в лесах Скамьи гиганта и успешно уменьшали поголовье скоросов.
Но Дигамма ничего не знал ни про скоросов, ни про варанов и все также продолжал очищать форт и разгружать повозки. Ранним утром он толкал очередную тележку с мусором, когда решил остановиться, чтобы посмотреть на окрестности. Ему просто захотелось полюбоваться природой. Такое желание возникло, наверное, впервые после попадания в этот мир. Хоть весна уже подходила к концу, по утрам еще было весьма прохладно. К тому же в этот день шел мелкий дождик. Но Дигамма не смог удержаться и остановился на пригорке, с которого открывался прекрасный вид на покрытое густыми лесами и ледяными ручьями подножие Пасти дракона. Возможно, всему виной был необыкновенный запах смолы и влажной хвои, доносившийся вместе с легким прохладным ветром. А дождь лишь дополнял это ощущение свежести и покоя. К тому же, использовав остатки дегтя и очередной набор кусочков ткани с помойки, Дигамма сделал себе водостойкий капюшон, за что даже получил Умение «Изготовление одежды».
Вид того, как красноватый диск солнца поднимался над вековыми соснами через прореху в облаках, как его лучи искрились в капельках дождя на темно-зеленых иголках, восхитил бы многих. Но перед Дигаммой, не имеющим обычного зрения, была другая, не менее завораживающая картина. Полные жизни деревья тянули энергию и из земли, и из атмосферы. Через каждую хвоинку проходила тонкая белая ниточка, будто сосны вросли в само небо, в полные влаги облака. И все линии, идущие сверху и снизу, сливались и скручивались, чтобы в середине ствола соединиться в ослепительный сгусток света. Этот частокол простирался до самого горизонта, из-за которого не торопясь поднимался абсолютно белый диск Терми́на — солнца Теваира. Ди раньше даже и не обращал внимания, что светило является практически неисчерпаемым источником не только физической, но и магической энергии.
Наблюдая за этим бескрайним океаном жизни и силы, Дигамма не заметил, как к нему подкралась опасность. Пролетавший рядом скорос даже не был голоден, но его привлек такой раздражающий запах дегтя. Насекомое быстро определило, что источником являлся один из тех двуногих, которых держали в яме по соседству. Небольшой нервный узел скороса посчитал непростительным, что от добычи так отвратительно несет, и решил поскорее уничтожить это недоразумение.
Дигамма поздно заметил смазанное движение где-то на периферии, поэтому едва успел упасть на землю, когда над ним пронеслось гигантское насекомое. От следующего выпада, который последовал почти сразу, пришлось перекатом уйти за тележку, при этом болезненно ушибив плечо. Но раззадоренный скорос и не думал униматься. Он поднялся гораздо выше, решив попытаться атаковать в пикировании. От такого было бы сложно увернуться, поэтому Дигамма побежал. Да, у него при себе имелся нож, но и насекомое обладало жалом, причем даже большей длины. К счастью, до заполненного отходами рва оставалось совсем немного. Ди домчался туда без оглядки и сходу прыгнул в зловонную яму. Через мгновение из леса появился скорос, но добычи ему уже было не видать. Запах дегтя потерялся на фоне целого букета ароматов гниения, а различить на фоне мусора одетое в грязный балахон тело слабое зрение насекомого не могло.